В глубине дома я заметил капельку весны — зеленую точку, словно самая тонкая сердцевина ожидания нового года. Вот она и бросается в глаза, будто трель весеннего пения первого листка, что вот-вот вырастет за окном.
После этих слов я аккуратно толкнул ее локтем в бок, и та возмущенно глянула в мои честные любящие глаза, после чего осознание пришло и к ней.
— Где она? — Варька не удержалась и ухватила меня за лацкан пиджака.
— Когда я ее в последний раз видел, то была у меня дома.
Мы, не сговариваясь, быстрым шагом направились к выходу, к машине мы уже подбегали.
— Дим! Твою мать! — Возмущалась девушка. — Если банк грабили с помощью мантии, то ты первый на подозрении.
— Да ее кто угодно взять мог. — Оправдывался я.
Внедорожник с визгом тормозов остановился перед нашим подъездом, и мы словно птицы взлетели на пятый этаж и вломились ко мне. Я тут же кинулся к шкафу, и аккуратно, достал с антресолей тот самый предмет. Мантию невидимку, с помощью которой, мы зимой проникли в Институт.
— На месте. — С облегчением произнес я. — И судя по куче хлама, которым она была завалена, ее никто не трогал с декабря.
— Слава богу. — Облегченно выдохнула девушка.
— И расскажу и покажу. — Кивнул я ей. — Дело приобретает странный оборот, да и тебе пришло уже время строить более тесные отношения с ребятами из «братства».
— Я так и знала! — Стукнула меня кулаком в грудь девушка. — Ну кто, кроме соловьевичей, мог умыкнуть из секретного хранилища Института подобный артефакт.
— Ничего подобного. — Я отрицательно помотал головой. — Ничего они не крали, и даже не заимствовали, это предмет из того, что было списано в утиль.
— В смысле в утиль? — Округлила глаза девушка.
— Варь, ну что за удивление, как, по-твоему, куда деваются результаты не удавшихся экспериментов? — Мой голос приобрел нравоучительный тон. Варька пожала плечами и принялась внимательно меня слушать. — Их скидывают на самые нижние уровни института."
"— Ну… — Закатила она глаза. — Про это я в курсе, те, кто не проявил агрессии, и имеют более-менее человеческий вид, живут в общежитии и имеют минимальную стипендию от Института.
— Я не про разумных существ. — Горько вздохнул я, то, как Институт обходился с разумными и то, как Варька легко об этом говорила, вызывало в моем сердце злость и раздражение. Это было не справедливо и даже подло, но сейчас я не собирался разговаривать с ней на эту тему. — С предметами поступают так же.
— В смысле? — Она аж схватила меня за руки.
