В глубине дома я заметил капельку весны — зеленую точку, словно самая тонкая сердцевина ожидания нового года. Вот она и бросается в глаза, будто трель весеннего пения первого листка, что вот-вот вырастет за окном.
— А как нас опознать то? Как доказать, кто и что творил? Мы ж одинаковые, а всех не повесят!
— Я разберусь! — Она подскочила к соловьевичу и с размаху пнула его в голову, вот что странно, штаны с нее сорвали, а тяжелые ботинки нет, хотя вот их бы я снял первым делом на месте горе насильников, от пинков им досталось особенно сильно еще в процессе, а уж теперь, Варвара отрывалась как могла. — Твою мать, еще волосы, как назло, сгорели, я бы этих мразей порвала в секунды, но нет… — Она провела ладонью по лысому черепу и всхлипнула, похоже адреналин схлынул и до нее стало доходит, что с ней пытались сделать эти парни.
Я не стал дожидаться ее истерики и освободив руку соловьевича от автоматного ремня крутанул его еще несколько раз, чтобы придушить бандита, тот пытался сопротивляться, но против физики не попрешь и вскоре его бессознательное тело обмякло.
Обшарив его, я обнаружил два запасных магазина, что были у меня в карманах, а потом перекочевали к бандитам, и перезарядил автомат.
— Варь! Валить надо! — Я приблизился к всхлипывающей девушке, на выстрелы точно враги заявятся.
Краса мгновенно вытерла слезы, а потом подобрала с пола осколок стекла от разбитого окна.
— Говоришь не узнают? — Сквозь зубы прошипела она, а потом резкими жвижениями располосовала лица, всем троим оставшимся в живых соловьевичам. — Рекомендую сдохнуть, как можно скорее. Когда все наладится, я вас найду и устрою такое, что вас в аду будут жалеть. Пошли! — Она отбросила стекло в сторону и уверенным щагом двинулась на выход.
— Так, без штанов? — Удивился я догоняя.
— Некогда. — Рявкнула девушка. — Сюда уже наверняка бегут.
Мы рванули к лестничному проему и даже преодолели несколько этажей, где-то там, внизу послышались звуки перестрелки, это наверняка наши двинулись нам навстречу. Но между седьмым и восьмым этажами, нас внезапно взяли в клещи, и что обидно это снова были соловьевичи, и к сожалению не наши.
— Стоять! — Скомандовал один из них.
— Я Дмитрий Галицкий — Начал было я, кладя автомат на пол и поднимая руки.
— Нам плевать! — Оборвал меня соловьевич. — До прояснения обстоятельств у нас один начальник, Соловей Кощеевич, так что свои чины и звания оставь при себе. Руки выше, и ты тоже.
— Март. — Перебил нашего пленителя один из соловьевичей, — Глянь, да это ж Краса. Ну Варвара Краса, ментовка! А чего лысая? А жопа у нее глянь какая. Красивая!
— Отставить.
