В глубине дома я заметил капельку весны — зеленую точку, словно самая тонкая сердцевина ожидания нового года. Вот она и бросается в глаза, будто трель весеннего пения первого листка, что вот-вот вырастет за окном.
— И почему это для меня становится неожиданностью?
Девушка обиженно надула свои невероятно пухлые губы и насупилась, они с Фионой работали на меня еще с зимы, практически с того самого момента, когда Кощей назначил их своими секретарями, ничего особо важного они мне не сообщали, конечно. Слишком уж не активную я роль играл в жизни Института, хотя благодаря им я и сумел пресечь в зародыше маленькую интригу в мой адрес, которую пытался закрутить новый начальник службы безопасности. Тот написал на меня докладную, будто я хожу в Институт как к себе домой, нарушая все возможные правила и регламенты и могу даже устроить хищения и диверсии.
Увидев эту докладную, Меланья тут же сообщила мне о ней, и на следующее утро, Черномор со своими богатырями лично при поддержке отдела снабжения, устроил ревизию всех складов. Два дня по моему приказу они лопатили абсолютно все имущество Института, начиная со складов готовой продукции и заканчивая пересчетом табуреток в столовой. После чего я прилюдно сообщил безопаснику, что теперь, «когда он лично убедился, что я ничего тут не ворую, то может он перестанет писать на меня кляузы».
Мне правда это тоже не добавило популярности, Варвара Ключница, самолично вынужденная участвовать в той инвентаризации, со мной неделю не разговаривала, оттаяла только после того, как я им в один из визитов в клуб, подарил шесть бутылок «Кристалла», ох и насвинячились же они тогда со Златой, впрочем, это не важно.
А важно то, что меня вызывают на самый верх, а я даже не подозреваю зачем, вернее подозреваю я сейчас самое худшее, а эта дура, которая должна меня предупреждать обо всем, что касается моей персоны, стоит надув свои губищи и молчит.
— Рассказывай все что знаешь! — Потребовал я и настойчиво ухватил девушку за подбородок.
— Да ничего такого не происходило. — Меланья потупила взгляд. — Сегодня ему с утра супруга позвонила, он был очень зол. Даже чашки кофейные побил. Я как раз у шефа была, он так громко ругался, мне даже из-под стола страшно было вылезать.
— Вот! Это уже ближе к делу. — Я довольно похлопал девушку по щеке и та воспряла духом. — На кого ругался? Что кричал? Давай уже, рожай.
— Ой! — Снова потупилась та.
