– Даррел, мой милый сын, – взволнованно сказала она, сжимая что-то в руке, – сядь рядом со мной. У меня к тебе важный разговор. Честно говоря, я откладывала его, думая, что еще не скоро тебе и Белль придется… – Императрица не договорила, испуганно замолчала, но Даррел и так все понял.
– Что такое, мама? – спросил он. – Я знаю, ты волнуешься, но, пожалуйста, верь в меня, хорошо? Я со всем справлюсь. Обещаю. И вернусь.
Ее глаза наполнились слезами. Она схватила сына за ладонь обеими руками, и ему стало не по себе. Даррел никогда не видел мать в таком состоянии – она умела держать себя в руках так, что никто никогда не мог догадаться, что у нее на душе. Элейн не зря называли идеальной императрицей.
Мать не сразу нашла в себе силы заговорить.
– Даррел, пришло время открыть тебе одну вещь… Страшную вещь… Ту, о которой раньше мы с твоим отцом даже боялись говорить. Прошу тебя, выслушай меня. Когда вы с Белль объедините свои силы после завершающего этапа дуумвирата, чтобы побороть Кровавого дракона, произойдет кое-что… То, что заставляет мое материнское сердце разорваться на куски. Если вы объедините силы с Белль, то не только свергните сына темного бога. Но и растворитесь сами в этой невероятной силе. Вы… погибните.
Эти слова императрица прошептала с таким отчаянием, будто Даррел и Белль погибли уже сейчас. Ей было нестерпимо больно говорить эти слова, и руки ее, обхватывающие ладонь сына, дрожали.
– Что? – спросил Даррел потрясенно. – Мама, о чем ты говоришь?..
– Вы погибните, – едва слышно сказала мать. – Такова ваша участь, мой мальчик.
– Должно быть, ты шутишь, мама, – оторопело сказал Даррел, глядя на ее лицо, по которому катились слезы. Он впервые видел, как императрица плачет. Даже от боли она не плакала – всегда держала лицо. А теперь…
– Нет. Как бы я хотела, чтобы это была шутка, Даррел! Но нет… Я не шучу. Это действительно так. Боги хотят, чтобы вы, два сильных дракона, отдали себя в жертву, как плата за спасение империи. Если бы я могла, я бы умерла тысячи раз – только чтобы ты жил. Но я не могу отдать за тебя жизнь. Богам она не нужна.
– Мама, это не так, я не умру! – воскликнул принц. – Мы с Белль не погибнем. Я обещаю тебе, слышишь. Я клянусь, что мы останемся живы. Я приеду к тебе и привезу твои любимы цветы.
Но императрица лишь качала головой.
– Даррел, это не шутка и не выдумка. Это правда. Твой дед знал об этом. Маги из высшего совета тоже знают. Вы должны умереть.
Эти ее слова были словно приговор.
Вы. Должны. Умереть.
Принц замер, пытаясь осознать три этих простых слова.
– Но я не дам тебе этого сделать! – вдруг воскликнула императрица и положила сухие ладони на его щеки. – Слышишь, мой сын? Не дам! Я выполню свою материнский долг – защищу тебя.