Автор
В маленьком общежитии начинается нечто непростое и странным образом знакомое — в единственной туалете происходит сексуальный конфликт. Взбираются на кабинку мужчины и женщины, а уборщица изо всех сил пытается донести свое недовольство громкими стонами.
В нерешительности смотрю на здание, имеющее внутри столь желанный мной унитаз, и своего подопечного. Расстояние совсем небольшое, около двух ста футов, но оставлять малыша одного я все же не решаюсь.
— Пойдем со мной, — предлагаю. — Обещаю, мы быстро вернемся.
По лице малыша вижу, что идея навестить женский туалет не кажется ему столь привлекательной.
— Эй, красотка, можешь оставить его со мной. — скалит зубы парень. — Я не увлекаюсь киднеппингом.
— Ни в чем нельзя быть уверенной, приятель. — огрызаюсь я.
— Рора, прекрати. — шипит Майкл. — Это же Себастьен Ожье.
Французишка? И чего?
— Чемпион мира 2017 года, красотка. — подсказывает тот.
Аааааа… Ооооо!
— Так что смело беги писать, а я пока присмотрю за сыном Хейдена.
По улыбчивому нормандскому лицу не скажешь, что Ожье собирается пытается выкрасть Майкла, чтобы вынудить Хейдена слить гонку, поэтому, бросив финальный взгляд на их броманс(Вготапсе — перев. мужская любовь — прим, ред), киваю и несусь в сторону туалета.
Справив нужду, мою руки и выхожу и кабинки. И снова жутко хочу писать, потому что из-за двери на меня гневно смотрят знакомые зеленые глаза.
— Что из фразы: «Ни на секунду не оставляй моего сына» ты не поняла? — рычит Хейден, перехватывая мой локоть. Не больно, но как-то неприятно и боязно.
— Я захотела в туалет, — сглатываю паническую слюну. — И решила, что рановато знакомить вашего сына с явлением золотого дождя… и оставила его с вашим другом.
— Думаешь, Ожье мой друг?!
Ну хрен его знает. А кто он? Приятель? Коллега по цеху? Хороший знакомый? Близкий конкурент?
— Когда я устраивалась на работу, вы разрешали мне писать в одиночестве.
— Ты совершенно безответственная, Котенок, — рычит Хейден, толкая меня к стене. Ударяюсь плечом и от неожиданности тихо ойкаю. Таращусь на перекошенное гневом звездное лицо и ойкаю снова, потому что звезда наваливается на меня всем свои звездным телом, перекрывая доступ к кислороду.
— Я доверяю тебе своего сына, а ты, мать твою, ведешь себя так, словно я нанял тебя флиртовать с мужиками и вертеть задницей.
Тяжело дышит мне в лицо, а его бесстыжая рука в этот момент ныряет под мое бедро и с силой обхватывает ягодицу.
Вообще бы по уму, надо треснуть по его наглой звездной физиономии, а лучше пнуть по звездным фаберже, но вместо этого я просто замираю, приоткрыв рот, и позволяю ему и дальше дышать мне в губы и жадно мять задницу.
