Автор
В маленьком общежитии начинается нечто непростое и странным образом знакомое — в единственной туалете происходит сексуальный конфликт. Взбираются на кабинку мужчины и женщины, а уборщица изо всех сил пытается донести свое недовольство громкими стонами.
Ее ванильно-цветочный запах ударяет в нос, сиськи упираются в грудь, а за воротник футболки начинают течь слезы.
— Я первый раз одна в этот день, — всхлипывает Котенок. — Первый раз без мамы и Кэрри… так по ним скучаю…
Я застываю как истукан, не в силах пошевелиться.
— А отец? — спрашиваю зачем-то.
Лучше бы не спрашивал.
— Папа давно умер.
Осторожно обнимаю ее за талию и слушаю, как она всхлипывает. Ну я же не последняя скотина.
— Хватит хныкать, Котенок. — говорю, когда футболка на спине становится критически мокрой.
Отстраняюсь и заглядываю в зареванные глаза:
— Природу свою понаряднее пакуй и через полчаса встречаемся в фойе.
Котенок непонимающе хмурит лоб и вытирает рукавом подтеки из носа:
— Зачем?
Ни на секунду не пытается облегчить мне участь чмошника-Ромео.
— Там в цветах мята что-ли была, Котенок? Чего так соображаешь туго? Праздновать двадцатидвухлетие идем. С устрицами и шампанским.
14
Аврора
Мое состояние меня очень сильно беспокоит.
А еще он подарил мне такого миленького голубоглазого котеночка на цепочке, который теперь висит у меня на шее и напоминает о том, что звезда не такой уж говнюк и бука. Потому что не мог говнюк и бука выбрать такую прелесть.
— Спасибо за подарок, Хейден. — поглаживаю пальцем гладкий кошачий хвостик.
Несколько секунд звезда непонимающе хлопает ресницами, после чего издает протяжный вздох и бормочет:
— Могу себе это позволить.
— Мне очень нравится, — искренне улыбаюсь ему. — Я не слишком люблю украшения, но ваш подарок буду носить.
Оуу, звезда что, тоже улыбается? Под отросшей щетиной и не разберешь. Нет, он точно улыбается, но старательно это маскирует.
