Автор
В маленьком общежитии начинается нечто непростое и странным образом знакомое — в единственной туалете происходит сексуальный конфликт. Взбираются на кабинку мужчины и женщины, а уборщица изо всех сил пытается донести свое недовольство громкими стонами.
А задумает приблизиться снова, будет иметь дело с полицией.
Но и тут меня ожидает провал. Потому что корова, на которой меня угораздило когда то жениться, от жадности поумнела и заявила, что либо я выплачиваю ей всю сумму, которую она потребовала, либо разговаривать нам с ней не о чем. Размазал бы по стенке, вот только член она себе так и не пришила.
И как гнилая вишенка на мой отравленный торт, когда я ни с чем покидаю коровий номер, то нос к носу сталкиваюсь с Котенком и Майклом. Отослал их пирожные в ресторан лопать, и понятия не имел, что они захотят вернуться раньше.
Котенок бросает на меня такой убийственный взгляд, что кости начинают гудеть, и во рту зреет идиотское желание проблеять «Ты все не так поняла». Но я этого конечно не делаю — оправдываться не в моих правилах, особенно, когда дела касаются моего сына.
Пока Майкл гоняет запрещенные мультики, я как заведенный наматываю круги по номеру, потому что не могу выкинуть из головы мысли о Котенке. Гребанный факт: мне не наплевать, что она там себе насочиняла в своей кошачьей голове.
— Майкл, — окликаю сына, который с видом зомби-младенца таращится в экран, на котором нарисованный лис лупит по голове обезьяну. — Посидишь немного один, я зайду поболтаю в Авророй.
— Иди, пап.
Деликатно стучусь в соседний номер, и когда дверь распахивается, не дожидаясь приглашения, задвигаю Котенка в сторону и начинаю быстро говорить. Пока, блядь, не зассал и не передумал.
— Слушай внимательно, Котенок, и не перебивай, потому что вряд ли ты еще раз такое услышишь…
Ох, аж скулы сводит, как тяжело мне такое говорить.
— Ты для меня не просто секс. И я думаю, что могу попробовать с тобой что-нто большее.
