От рунного мастера сочилось изумление, ученица фламиники пахла страхом и недоумением, остальные — скорее гневом, а вот Шелковая Тень, единственная из всех, кажется, была… довольна? Ощутив его эмпатическое касание, мыслеполе Восходящей тут же свернулось тугой, непроницаемой змеей, и осколок Единого понял, что она — ментал серебряного ранга.
Единственная из всех, она представляла реальную опасность. Церемониться с остальными не стоило.
— В моих жилах течет древняя кровь и она привела меня сюда, — сказал Пламени Подобный, обращаясь больше к Восходящим на трибунах, — Я был рожден Говорящей-с-Травами. Дочерью Шепчущего-в-Ночи, последнего из кингов Народа Теней. Я пришел занять место, определенное мне небесами!
Он указал на пустое сиденье, вызвав гневный гул голосов. Кто-то кричал, кто-то требовал доказательств, кто-то просто призывал его убить. Несмотря на происхождение, для Людей Тени он был изгоем, чужаком, жалким полукровкой, презренным землянином — да еще и запятнанным тенью червивой матери, что на тинге использовала Проклятую Руну.
— Сын червивой матери в Восхождении носил иное имя, хоть ты и похож на него лицом и телом, — голос Шелковой Тени был ледяным, но ее глаза с интересом изучали пришельца, — И тени шепчут, что Народ Земли лишил его гвоздя вместе с рукой… Однако Аур-Тален пощадил тебя. Кто ты, изгой с древней кровью?
Старая и умная, она сразу узрела слабые места его легенды. И, судя по всему, для матери рикса на кону стояло очень многое. Власть, амбиции, сама жизнь? Плененный танаан сказал, что Шелковая Тень — в отсутствие рикса главная управительница септы. В тени ее капюшона, за ритуальной маской можно было различить немногое, но надтреснутый голос, белые как снег волосы и скрюченная фигура говорили, что Восходящая совсем немолода. Матриарх септы? Мать правила сыном? То, что она говорила первой, а Яростный оставил ей золотую Руну, тоже говорило о многом. Потому Пламени Подобный улыбнулся ей и поднял левую руку, в запястье которой блестело навершие гвоздя:
— Я и правда был изгнан. Люди Земли лишили меня руки и стигмата. Но древняя кровь пробудилась во мне, подарив второе рождение. Я вернул гвоздь и взял новое имя — для нового Восхождения.