Чего я точно не хотел делать, так это собственными руками лишать Виспа руки и стигмата. Хватит того, что я потеряю гору Звёздных Монет, примерно равную двум серебряным рунам. — Пусть это сделает Карлос, ему это явно доставит удовольствие.
Голос Аноры колоколом зазвучал в моём сознании. При этом он доставил мне жуткую боль. Виски заломило, в затылок будто ледяной гвоздь вогнали.
— « Та-Кто-Закон часто повторяла и любила эту фразу: „Карающий клинок милостив“. Новая личность Виспа должна запомнить, что именно ты лишил его стигмата, чтобы позже возвысить. Ты это сделаешь, Нейт, даже если мне придётся взять твоё тело под контроль и вложить в твою ладонь клинок. Не будет у тебя после этого более верного пса, если ты всё сделаешь правильно. Висп сам об этом просил, уважай его последнее решение».
— «Он не мёртв».
— «Я выжгла его сознание так же, как лесной пожар стирает всё на своём пути, чтобы через время дать новую жизнь. Не обманывайся. Тот Висп, которого ты знал, мёртв. И только от тебя зависит, какой получится новый. Не медли. Он приходит в себя».
Со стороны наш диалог выглядел так, словно мы пристально смотрели друг другу в глаза.
Безымянный Восходящий действительно пришёл в себя. Он открыл глаза и не понимал, что происходит. Он посмотрел на меня, после перевёл взгляд на Анору.
— Ты помнишь, почему ты здесь и какова твоя вина?
Восходящий неуверенно кивнул. Его вина и суд — это единственное, что сейчас сидело у него в голове.
— Встань и вытяни руку со стигматом вперёд, — голос Аноры повелевал. Противиться было трудно даже мне, не говоря уже о «новорождённом». Похоже, золотая Восходящая применила Навык.
Безымянный поднялся на ноги. Его глаза ничего не выражали, пропала не только горечь, но и остальные чувства. Ощущение было таким, будто я смотрел в глаза мертвеца. Лицо застыло серой маской.
— Меч, Нейт, — резанула Анора.
Дым-клинок появился секундой позже. Краем зрения я увидел, как на ноги подскочил один из пустынников. Единственный из этого Народа командир копья Новы. Он впился в меч взглядом и не отводил его.
Я тут же осознал свою ошибку. Пустынники обладали своеобразным кодексом чести, где оружие для битвы не может быть орудием наказания. Дым-клинок рассеялся, на его месте появился Листорез.
Мои глаза и глаза пустынника пересеклись. Несколько секунд мы вглядывались друг в друга, после чего плосколицый абориген кивнул и сел обратно. Это означало, что я всё сделал правильно и правильно понял то, чего хотел от меня бывший представитель Народа Пустыни. Пусть он и жил в Нове, но далеко не от всех привычек или идеалов можно избавиться быстро.
Анора наблюдала за этим молча. По окончанию лишь кивнула. Уверен, что она бы не дала совершить мне ненужную ошибку. Хорошо, что я догадался сам.