Подкараулили его ночью, избили, связали, раздели догола и подвесили за ноги в женском очистителе. Представляешь, девки с утра заходят, а там такое чудо висит вниз головой, дергается, болтает причиндалами, — Инь усмехнулся. — В общем, хорошо ему досталось, до сих пор вспоминают…
— И что, их не наказали?
— А как докажешь? Камеры кто-то из ихних отрубил, а парень даже не видел, кто его бил, — мешок на голову набросили и молотили все вместе. Так что давай аккуратнее, держись наших, особо не отсвечивай.
Я все понял.
У землян в голове прошиты земные моральные нормы, где правонарушение — это позор, а сообщение о нем — инструмент оздоровления общества. Но здесь не Земля, выросло новое поколение, и шкурка земных ограничений им тесна. Как и в любом большом коллективе, под писаными законами существует свод неписаных правил, и здесь сформировалось общество, где лидеры при всем их авторитете не могли или не умели проконтролировать их суть. Коллективная ответственность копья Марка за воровство Рэнди — это, конечно, замечательно с точки зрения дисциплины, однако они действительно могут попробовать отыграться на мне.
И плевать, что под Руной Вероника может выпытать все что угодно, тем более у новичка, не знающего местных реалий.
Наш разговор прервал далекий, но хорошо различимый скрежещущий крик. Инь и Лэндо мгновенно высунули головы за каменную ограду, затем азио прыгнул к «Вдове» и начал торопливо надевать шлем снайпера, а абориген подхватил стоящий у стены «Суворов» и вполне себе умело передернул затвор.
— Вот и летун! — осклабился он. — Везти тебе, Сигурд!
Я уже видел черную точку, появившуюся из-за изгиба правого склона. С каждой секундой она увеличивалась в размерах, превращаясь в хищный крылатый силуэт, набирающий высоту.
— Стрелять уметь? — забавный вопрос из уст аборигена. Я усмехнулся, кивнул и поймал второй «Суворов». Видел уже эти штурмовые винтовки у группы Мрака. Простая, как молоток, и практически безотказная конструкция. Проверив примкнутый магазин, я передернул затвор.
Руки знали, помнили. Справлюсь.
Длинный ствол «Вдовы» пошел вправо и вверх, нацеливаясь в сторону летуна. Плечи Иня слитно дернулись, раз, второй. Попал он или нет? Вроде бы да — крылан дернулся, хрипло крикнул — пронзительный, противный вопль, как у огромной чайки, — но не изменил траекторию полета.
— Не убить, — произнес Лэндо Солнечное Крыло, положивший ствол «Суворова» на гребень стены и тоже отслеживающий тварь.
