Его Аспект пылал языком призрачного пламени, окутывая воина светящимся ореолом, шипящие голубые молнии, срываясь с него, впивались в землю.
Слева — Драконоборец в своей жутковатой броне. Трехглавое призрачное чудовище стояло за его спиной, расправив огромные крылья.
И сзади — Всполох, изящная и прекрасная. Он знал цену ее красоте, как и ее вероломству. Самая молодая из Преображений, еще не преодолевшая тысячелетний рубеж, она отнюдь не уступала остальным в смертоносности.
Он бы справился с ищейками Вечности. И даже с лучшими воинами Ястребов.
Но с ними — совладать шансов не было. По одному, будь он в полной силе — возможно. Но не сейчас, когда его Кровь и Руны почти исчерпаны в безнадежной битве.
— И много еще Преображающих сошло на Единство? — насмешливо крикнул он, — Вся тысяча? Или в Эмпиреях еще остались шакалы вроде вас?
— Столько, сколько нужно, чтобы раздавить тебя, — неожиданно ответил Драконоборец.
— Я лишь один из многих, — оскалился он.
— И мы уничтожим вас всех до единого.
Их Скрижали расцвели лазурным огнем.
Первую атаку он смог отразить. Гармонический Щит выдержал молнию Эос, а Руна Мертвых Полководцев, блеснув золотом, даже заставила двоих нападающих перейти в оборону. Но это были его последние козыри, а за спиной оставалась Всполох.
Пока они возились с призраками, он активировал Небесный Жезл, но сучка успела первой, опередила на долю мгновения, ударила Руной Анор, и жгучее небесное пламя охватило его. Когти ее Аспекта, огромной огненной птицы, вцепились стальной хваткой, вырвали Жезл, безжалостно бросили на землю, пытаясь распотрошить неподатливую жертву.
Он еще сопротивлялся. Горящий, истекающий кровью, потерявший правую руку и вместе с ней — Небесный Жезл. У него еще оставались сюрпризы. Иглы Ледяного Дикобраза, усиленные Рунами Аннигиляции и Полета, рванулись во все стороны, уничтожив терзающий его Аспект Всполох. Даже от серебряных Рун бывает смысл, если составить правильную комбинацию! Но Драконоборец увернулся, а Небесный без труда отразил Иглы и следующим ударом поверг его на колени.
Лишенный обеих рук, пылающий как факел, он нашел в себе силы расхохотаться в лицо врагам.
— И это… все? Все… что вы можете?
— Ах ты живучая тварь! — с ненавистью процедила помятая Всполох. Ей тоже досталось в короткой схватке, Аспект погас, из крылышка тонкого носа сочилась кровь.
— Не подходите к нему! — предупредил Небесный, — И не дайте ему сгореть!
— Вы просто… никакие.
Он улыбался, видя бешенство на лицах врагов.
