Теперь мне придется придумывать что-нибудь еще.
— Мою идею! Что ты хочешь этим сказать? Ведь это была твоя идея! Если помнишь, я вовсе не хотел в ней участвовать.
Лорджин бросил на него уничтожающий взгляд, повернулся и направился в дом. Риджар следовал за ним по пятам, готовый отстаивать свою правоту.
Все еще споря, они дошли до большой гостиной, причем их громкие голоса предшествовали их появлению. Лорджин первый вошел в дверь. Дина, по локти перемазанная глиной, с мазком глины на лбу, смотрела на них со своего рабочего места на полу.
Лорджин остолбенел. Риджар, не ждавший этого, налетел на него. Оба с ужасом уставились на нее.
Первым заговорил Лорджин:
— Адианн? Разве ты не знаешь, что это такое? — Он указал на покрывавшую ее глину.
Дина, вытянув свои грязные руки перед собой, пожала плечами.
— Это же пратауский… — Он многозначительно не договорил фразу, позволяя ей сделать собственные выводы, которые не заставили себя долго ждать.
Она с воплем вскочила на ноги:
— Фу! Ты хочешь сказать, что это навоз пратау?
Лорджин и Риджар молча смотрели с явным отвращением на то, что покрывало ее руки. Затем все трое с изумлением обернулись к двери. Трэд стоял, прислонившись к дверному косяку, скрестив руки, и… хохотал. Звучный и красивый смех разносился по всей комнате, рассекая мрак, словно распахнутая солнцу дверь.
Глаза Лорджина засияли. Это был тот самый Трэд, которого он помнил!
Он присоединился к другу в его веселье, вновь вспоминая выражение лица Адианн, когда та поняла, из чего она лепила. Вскоре Риджар тоже заливался вместе с ними.
Дина уставилась на мужчин. Она не видела в этом ничего смешного и молилась только об одном: чтобы эту дрянь можно было легко смыть.
Почти час и две полные ванны потребовались ей, чтобы как следует отмыться. Когда она потом забралась в постель, Лорджин принялся демонстративно ее обнюхивать.
— Все отмылось! — Она вызывающе выпятила нижнюю губку, словно говорила «Ну-ка, попробуй с этим поспорить». Лорджин нагнул голову и нежно втянул эту очаровательную мякоть в свой рот.
— Неужели ты не заметила странного запаха, Огонечек? — улыбнулся он, целуя ее.
— Я думала, что это… ну, такая вонючая глина. — Несмотря на все усилия, на глазах у нее выступили слезы. Он их сразу заметил.
— Это что такое? Не будь глупенькой. — Лорджин стер покатившуюся по щеке слезу.
— Я поверить не могу, что поступила так глупо! Мне ужасно неловко.
Он притянул ее к себе, давая уткнуться в его грудь.
— Забудь. Откуда ты могла это знать? — Он утешающе похлопал ее по спине, хотя и закатил глаза к потолку, все еще не представляя себе, как могло с ней такое случиться.
— Теперь Риджар и Трэд решат, что я чокнутая, — пробормотала она ему в грудь.