– Значит, тебе до сих пор не доверяют, – заметила Софи.
– Не до конца. Но Финтан никому не доверяет. О его планах почти ничего неизвестно, и каждый получает по одной задаче за раз. Так что мы – просто расходный материал.
– Жуть какая, – пробормотала Софи. – Учитывая, что он сотворил с твоей матерью.
Киф пожал плечами.
– Они уже пытались спасти ее? – спросила она.
– Не знаю, не спрашивал. Я изначально им не поверил. Сами посмотрите, как они бросили Гетена. Сколько месяцев он уже в плену? И что, они пытаются его освободить?
– Сначала пытались, – напомнила Софи. – Пока Шквал не отморозила ему ногти. А теперь он в Люменарии, куда невозможно прорваться.
– Может быть, но я ни разу не слышал разговоров о его спасении. А когда спросил об этом Алвара, тот ответил, что Гетен там, где ему самое место.
Фитц с Софи переглянулись.
– Что такое? Хотите его навестить?
– Мы над этим работаем, – призналась Софи.
– Ну… Я бы ни на что не рассчитывал. Они думают, что ему место в плену. Видимо, он бесполезен.
– Надеюсь, ты ошибаешься, – тихо сказала Софи. – Другого плана у нас нет.
– Эм, привет, у вас есть я. Понимаю, вчера я слегка оплошал, но я все еще пытаюсь достать тайник Финтана. Я заслужу его доверие.
– Этого-то я и боюсь, – пробормотала Софи. – У доверия есть цена.
– Возможно, ты права. Но я знаю, на что готов пойти. У меня есть черта. Я ее не переступлю.
– Было бы куда легче поверить, если бы ты показал, чем занимаешься, – вернулся к своим требованиям Фитц.
Киф уже хотел было возразить, но затем посмотрел на Софи.
– Очень хочешь знать, да?
Она кивнула.
Волна врезалась в скалы, отчего шелки залаяли так громко, что чуть не перекрыли голос Кифа.
– У тебя пять минут, чтобы посмотреть мои воспоминания – но без Чудо-мальчика.
– С чего это ты доверяешь только ей? – поинтересовался Фитц.
– С того, что она не хочет мне врезать. Договорились? – он протянул Софи ладонь."
"Та шагнула вперед, чтобы ее пожать, и скривилась, наступив в чернильную лужицу.
– Чудесное место ты выбрал, кстати.
– Эй, я же говорил, что в моем плане побега фигурирует куча шкур шелки.
– Говорил. Но я думала, что ты несерьезно.
– Я всегда серьезен, Фостер. Особенно когда ты думаешь, что я шучу, – он кашлянул, не глядя ей в глаза. – Не забывай, пять минут, не больше.
Софи коснулась его висков, и он отпрянул.
– Ты что, краснеешь? – удивился Фитц.
– Потому что знаю, что чувствует Фостер, – огрызнулся Киф.
Софи закатила глаза.
– Ничего я не чувствую.
А может, она чувствовала слишком многое.
Страх, ужас, сомнение, тревогу. А еще – надежду.
Повременив три секунды, она собралась с силами и сосредоточилась на шуме волн, затмевая им прочие звуки. А затем закрыла глаза, втянула в себя прохладный соленый воздух и скользнула сознанием в разум Кифа.