– Почему в одиночестве? – спросил Тэм.
– Не на что и не на кого тратить энергию, – наставница передала Софи третий шарик, и – хотя времени ушло значительно больше – Софи все равно смогла взорвать его, как и остальные.
К концу урока с упражнением справились всего три Амби: она, магнат Лето и – удивительно – Дженси.
– Это моя теория сработала, – заявил Дженси, перекатываясь с пятки на носок. – А может, у меня проявится телепатия, и это будет так круто! Хотя я надеялся, что буду фазиситом, как мой брат, или электрокинетиком, или…
Он продолжил перечислять способности, но Софи перестала слушать, заметив на себе множество взглядов.
– Понимаю, что ты чувствуешь, – прошептала Лин. – Я часто задумывалась, не слишком ли много силы мне дано. Но я перестала волноваться, затопив Равагог.
– Ох, это была ты? – влез Дженси.
Лин кивнула.
– Впервые я обрадовалась своей силе. А ты со своей совершишь нечто большее, – сказала она Софи.
Та поблагодарила, сама не понимая, почему ей так… неуютно. Она далеко не в первый раз обнаружила, что ее ментальные силы слегка жутковаты.
Но почему-то новое умение казалось неправильным – будто эльфы отбрасывали все, во что верили, и становились темнее.
А она была олицетворением грядущей тьмы.
Как только инструкторы их отпустили, Дженси ускакал хвастаться слюнявым мальчикам, а Сандор разрешил Софи попрощаться с друзьями. Тэм и Лин остались с ней – пока не заметили приближающихся родителей. Тогда они прыгнули, не медля ни секунды.
Сонги побоялись приближаться к Софи, особенно когда к ней подошли Фитц и Биана со своими охранниками. Фитц поразился трем шарикам, которые взорвала Софи. У него получилось максимум заставить шарик дрожать.
Софи давала им советы, когда за их спинами раздался самодовольный голос:
– Ждете Диззни?
Поборов вздох, Софи обернулась к Стине – и Маруке.
– Тебе-то какая разница?
– Никакой, – отозвалась Стина. – Но я решила, что тебе будет интересно, учитывая, что я видела, как после урока он отвел Мареллу в сторону и они начали шептаться. Ревнуешь, Фостер?
Софи закатила глаза.
– Когда это вы с Мареллой помирились?
Ее слова поколебали самодовольство Стины.
– Мы и не ссорились. Ей просто… тяжело, потому что у меня проявилась эмпатия.
– Ах да.
Софи не знала, кто это произнес: она сама, Фитц или Биана – но подумали они об этом одновременно. Со стороны матери у Стины в роду было множество эмпатов, поэтому ничего удивительного в способности не было. Но бедная Марелла много лет пыталась вызвать именно этот талант, надеясь помочь матери лучше контролировать эмоции.
– Жестоко, – пробормотала Софи.
Стина кивнула.
– Поскорее бы у нее проявилась способность, даже если не та, что она хочет. Постоянно думать: «А вдруг?» куда хуже, сама понимаешь.
Софи понимала.