Вопрос в том: насколько далеко зашел Аято? Но удивляло Храброва даже не это, а то, что самурая поддерживал Аргус, а значит, и тасконские хранители.
— Нет, — русич отрицательно покачал головой. — Я ведь, в отличие от некоторых, улиток не ел.
— И напрасно, — возразил японец. — Очень вкусно. Уверен, Дарл мне завидует.
— Еще бы, — рассмеялся капитан. — Ты за один раз спустил месячное жалование хорошего инженера.
— Какая пошлость думать о деньгах, когда речь идет о великолепно приготовленном блюде! — с притворным возмущением воскликнул Тино. — Вы — банальные потребители, и не умеете наслаждаться гармонией вкуса. Прием пищи — это священная церемония…
— Закрываем тему, — поспешно произнес Олесь. — Его понесло… Мы признаем свои ошибки.
— Так-то лучше, — удовлетворенно заметил самурай. — Жалкие недоучки-дикари.
Тасконец искренне расхохотался. Из уст землянина подобное оскорбление звучало довольно странно. Впрочем, к саркастическому юмору Аято Дарл давно привык. Недаром же он еще юношей провел с воинами несколько лет на Оливии. Счастливые были годы. Спокойные и беззаботные.
С тех пор немало воды утекло. Японцу скоро уже исполнится пятьдесят. А это серьезный возраст. Пора оглянуться и осмыслить пройденный путь. Надо отдать должное Тино, ему не в чем себя упрекнуть. Самурай никогда не нарушал данные клятвы и не отступал от принятого еще на Земле кодекса чести. Аято убивал, и убивал не раз, но не из корысти, властолюбия или удовольствия. Ради высшей цели приходится чем-то жертвовать. И очень часто ставкой в опасной игре становится жизнь. А своя или чужая не имеет значения. Война не знает жалости.
Ожидание затягивалось. Лишь спустя двадцать минут в гараже появился еще один лимузин. Машина подъехала к электромобилю, в котором сидели офицеры, и остановилась почти вплотную. Дарл тотчас открыл дверцу и вышел наружу. Капитан внимательно осмотрел зал. Едва заметный кивок головой и на его место сел Байлот. Старик выглядел уставшим. Непрерывные споры в Совете отнимали у генерала много сил.
— К чему такая конспирация? — удивился Храбров.
— В городе слишком сложная ситуация, — вымолвил Аргус. — Первый раунд боя мы выиграли. Чтобы восстановить паритет противник обязательно нанесет ответный удар.
— Ты говоришь о воине Тьмы? — уточнил русич.
— А о ком же еще… — попытался улыбнуться тасконец. — Прайлот сегодня тебя поймал, как мальчишку. Нельзя так расслабляться. По твоему взгляду и дурак догадается, кто спровоцировал кризис в стране. Теперь враг точно знает, кого необходимо убить.
— Извини, я немного растерялся, — тяжело вздохнул Олесь. — Тино постоянно твердил, что все уже решено. И вдруг председатель говорит о прекращении поисков горгов…
— Не расстраивайся, — произнес Байлот.