– А кто такие чистые? – вмешался наконец в разговор Аято.
– Люди, – усмехнулся морсвилец. – Их осталось в городе не так уж много. Спасаясь от радиации, они ушли как можно дальше от эпицентра взрыва. Само собой, что это был северо-западный район. Именно в нем мы сейчас и находимся. Название объясняет все. У местных жителей нет никаких мутаций, а значит, они чистые. Конечно, и здесь попадаются уродцы, но их очень мало. Каждый живет в своем секторе и старается не пересекать границу. Зону Чистых контролирует шесть различных банд. Одна сильнее, другая слабее, но это неважно. Главари образовали Совет и управляют находящимися здесь людьми, как хотят. Разделены источники воды, сферы влияния, склады. Вы наверняка заметили, что квартиры ограблены – это их работа. Они обобрали весь город, и таким бродягам, как я, уже нечем поживиться. Только чудом можно найти что-нибудь ценное. И как следствие, законы в этом секторе звериные. Выживает сильнейший.
– Хорошее местечко, – проговорил русич.
– Нормальное, – пожал плечами Сфин. – Я прожил здесь уже больше пятидесяти лет. Ко всему можно привыкнуть. Приходится постоянно врать, изворачиваться, прятаться и убегать, но так поступают все жители этого дерьмового города. Есть в Морсвиле места и похуже.
– Например? – спросил самурай.
– Две следующие зоны – Чертей и Непримиримых. Одна находится на западе, другая на юго-западе. Ни в одной из них я не был и, наверное, поэтому до сих пор жив. Черти – это люди и мутанты, возомнившие себя посланниками дьявола. Они специально мажутся черной краской и поклоняются огромному идолу. Его сооружали двадцать лет. Так, во всяком случае, говорят. О том, кого приносят в жертву истукану, много слухов, но никто этого толком не знает. Церемония осуществляется в очень узком кругу и тщательно охраняется. Один мой приятель, уже покойный, рассказывал, как черти пытаются вызвать силы Тьмы. Пока это у них не получается. И ясно, почему… Более глупого занятия трудно придумать.
– Ты не веришь в силы Света и Тьмы? – произнес Храбров.
– Нет, – отрицательно покачал головой тасконец. – Я уже ни во что не верю. Проживите полвека в этом городе, и у вас не останется ни малейших иллюзий. Если что-то такое и есть, то над Морсвилом уже двести лет как нависла ужасная Тьма. Черти – ее крайняя форма. Сказать что-то вразумительное о зоне Непримиримых я не могу. Они ни с кем не общаются и никого не пускают на свою территорию. Еще ни один разведчик не вернулся оттуда живым. Трупы этих бедняг время от времени появляются на границе.
– А почему они Непримиримые? – удивилась Салан.
– Трудно сказать. Название зоны появилось очень давно, хотя их замкнутый образ жизни кое-что объясняет.