Японец сел рядом с Олесем, посмотрел на часы и громко рассмеялся.
— Щенки! — презрительно сказал Тино. — С кем решили тягаться? Со мной? Ни служба контрразведки, ни террористы еще не проводили столь блестящих операций. Одна минута двенадцать секунд. Классика похищения. Сработано чисто. Без потерь и провалов. Быстрота и внезапность — вот залог успеха. Пусть теперь попробуют нас догнать…
— В скромности тебе не откажешь, — улыбнулся Храбров.
— Это точно, — вставил англичанин. — Он измучил парней. Снайперы тренировались целый месяц. Мы едва не разорились на патронах. А сколько манекенов уничтожено, и не сосчитать.
— Зато, какая стрельба! — возразил самурай. — Охрану сняли без малейших проблем.
— Что с рукой? — спросил русич.
— Ерунда, — произнес Аято. — Когда вылезал из заправщика, зацепился за искореженный край металла. Пустяковая царапина. Костюм жалко. Мне его шили на заказ.
— В таком случае, достань аптечку, — проговорил Олесь. — Моя рана гораздо серьезнее.
Храбров осторожно повернул ногу. В икре зияла внушительная дыра. Обожженные края, торчащее мясо, хлюпающая в ботинке кровь. Недовольно покачав головой, японец отправился за медикаментами. Вколов русичу обезболивающее средство и стимулятор, Тино умело перебинтовал рану. Мокрый носок пришлось выкинуть. Самурай подошел к мертвому пилоту и осмотрел его обувь. Она оказалась на размер больше, чем у Олеся. Аято бесцеремонно снял с трупа ботинки и принес их Храброву. С равнодушным видом японец заметил:
— На первое время подойдут. Когда доберемся до убежища, переоденешься.
Признаться честно, русич и не собирался спорить. Предрассудками Олесь никогда не страдал.
— Что с Олис и Вацлавом? — Храбров взглянул в глаза товарищу.
— Все нормально, — ответил Тино. — Твоя семья и Кроулы в полной безопасности. Легенда безукоризненна. Сейчас в стране хаос с документами. Новому руководству службы контрразведки не до беглецов. Им бы банковскую систему расчетов восстановить.
— О чем идет речь? — не понял русич.
— Сумасшедший вирус в компьютерной сети, парализовавший работу аппаратуры личностного и генетического контроля, — пояснил самурай. — Байлот отлично подготовился к отступлению.
— Мне сказали, что старик мертв, — вымолвил Олесь.
— Это, к сожалению, правда, — тяжело вздохнул Аято. — Аргуса взорвала «бессмертная» сразу после заседания Совета. Как настоящий мужчина, генерал выстрелом из бластера разнес себе мозги в клочья.
— Господи, почему же мы не умираем-то по-человечески! — вырвалось у Храброва.
— Смерть в постели скучна и обыденна, — улыбнулся японец. — Когда-нибудь ты поймешь…"
"— Не думаю, — возразил русич. — Я устал от погонь, интриг, космических экспедиций и сражений.