— Значит, Лиза проникла и туда, — проговорил Храбров. — Тасконка сработала на опережение.
— А вы что-нибудь нашли? — спросил Аято.
— Прямых улик нет, но косвенных более чем достаточно, — ответил Олесь. — Досье Суол основательно подчищено. Кроме того, Лиза подделала ряд документов, касающихся чанкокской операции. Однако один интересный рапорт мы все же обнаружили. Во время штурма информационного центра рядом с Таунсеном постоянно была какая-то подозрительная женщина. Забрало шлема она не подняла ни разу.
— Молодец, — восхищенно вымолвил самурай. — Ловко Соул оставила нас в дураках. Подобный маневр ни Аргусу, ни мне даже в голову не приходил. Балансирование на грани…
Неожиданно Тино замер. Взглянув на товарищей, японец изумленно произнес:
— Стоп! Ты сказал, что тасконка покопалась в секретных папках. Но каким образом? Я проверял, ни она сама, ни ее сотрудники управление контрразведки не посещали.
— Ты ошибаешься, — возразил русич. — Четыре года назад, в разгар мятежа, Лиза вместе с группой специалистов была в архиве. Мерзавцы принесли массу аппаратуры и на месте копировали бумаги.
— И кто же выдал Соул такое удивительное разрешение? — возмущенно сказал Аято.
— Догадайся, — бесстрастно проговорил Храбров.
— Прайлот, — обреченно выдохнул самурай. — И, разумеется, все упоминания о данном факте в журнале и компьютере тасконка стерла. Потрясающая женщина! Я начинаю ее бояться.
— Настала наша очередь нанести удар, — вымолвил Олесь.
— Не сомневайся, — жестко произнес Тино. — Мы ответим достойно. Скоро волна массовых выступлений захлестнет Алан. Ближайшие десять дней покажутся членам Совета сущим адом.
— Пора выбираться на поверхность, — вставил Саттон. — Вы не забыли, что мы — государственные преступники?
— Справедливое замечание, — согласился японец. — Поезд будет через семнадцать минут. Надо поторопиться.
Друзья прекратили обсуждение и ускорили шаг.
Уже на платформе Аято подошел вплотную к русичу и тихо сказал:
— Олесь, а как вы узнали, что Лиза поработала в управлении?
— Крис напрямую спросил об этом служащего архива, — проговорил Храбров. — Майор оказался довольно словоохотливым. Выложил все подробности. Память у Гринвила прекрасная.
— Невысокий, сгорбленный, светловолосый мужчина? — уточнил самурай.
— Да, — подтвердил русич.
— Проклятье! — выругался Тино. — Я даже не обратил на него внимание.
— На то и делался расчет, — вымолвил Олесь. — Соул не рискнула устранять свидетеля. Расследование могло вскрыть детали ее проникновения. Хотя, думаю, рано или поздно она убрал бы майора.
— Я допустил непростительную оплошность, — покачал головой японец. — Ведь давно известно, самые осведомленные люди — мелкие невзрачные чиновники. Гордыня — тяжкий грех.