На центральном государственном канале вышла передача, в которой начальник контрразведки Норклин рассказал о деталях побега мятежного полковника. Зрителям показали продырявленные лимузины, тела погибших оперативников, залитую кровью посадочную площадку космодрома. Храброва и его сообщников пытались представить, как банальных преступников. Вид убитых горем жен и матерей, плачущих осиротевших детей должен был изменить настроение общества.
Однако тайная организация Аргуса Байлота напрасно время не теряла. На всех участников жестокой драмы агенты собрали обширный компрометирующий материал. Они терпеливо ждали подходящего момента для его публичного обнародования. Уже через три часа после передачи на общественном канале аланцам продемонстрировали личные досье офицеров, арестовывавших землянина. Из четырнадцати человек у пятерых были поддельные документы. Эти люди являлись посвященными первой и второй степени. Вместо того чтобы пройти курс реабилитации, мерзавцы изменили имена и внедрились в секретную службу страны.
Об истинной цели их поступка догадаться несложно. Негодяи мстили человечеству за свержение Великого Координатора. При генерале Байлоте оборотни занимали незначительные должности в периферийных отделах Елании. После гибели тасконца в руководстве контрразведки начали происходить странные метаморфозы. Опытные проверенные офицеры, не раз зарекомендовавшие себя, либо отправлялись в отставку, либо переводились в отдаленные города планеты. Состав главного управления непрерывно перетасовывался. Ни о какой эффективности работы говорить не приходилось.
Тогда почему же в первые три месяца резко уменьшилось количество террористических актов? Ответ напрашивался сам собой. Власть в правоохранительных органах захватили бывшие посвященные. Вольно или невольно Норклин способствовал проникновению врагов в секретную службу Союза. И разве неправомерны в таком случае действия сторонников Храброва?
Это был сокрушительный удар. На целые сутки страна погрузилась в тревожное молчание. Ни один политолог, ни один обозреватель не комментировал последние сообщения. Все ждали реакции Совета. К вечеру Прайлот сдался. Никлас собрал пресс-конференцию, на которой объявил, что обвинение в измене с полковника Храброва снято, а руководитель контрразведки Норклин отстранен от должности. Зал встретил слова председателя шквалом аплодисментов."
"— Первый раунд мы выиграли, — с довольным видом сказал Аято, откидываясь на спинку дивана.
— И что дальше? — поинтересовался Олесь.
— Надо развивать успех, — ответил японец. — В руководстве Союза царит хаос. Члены Совета растеряны и напуганы. Прекрасный шанс, чтобы продвинуть на главные посты государства своих людей.