В тени ночного подъезда прячется Лиза, маскируясь под обычную прохожую. Ее светлые волосы скрываются под капюшоном, а роскошная косметика и глиттер делают ее почти неузнаваемой в толпе. Взгляд устремлен на камеру с записью, которая может изменить все в этом миропораженном месте, где похоть смешивается со стыдом....
Похоже, «Звездочка, не наглей!» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
─ Ты не имеешь права мне такое предъявлять, ублюдок! Ее депрессия, ее состояние − твоих рук дело! Это ты бегал по бабам, ты унижал, ты приводил своих шлюх в вашу постель! ТЫ! И из-за тебя она в таком состоянии!
Мамина психика не выдержала. Каким бы монстром не являлся отец, она его искренне любила. Больная любовь, на которую я не раз ей указывал, но мама не слушала. И этим довела себя. Сначала затяжная сильнейшая депрессия, а после… Очередная измена, этого похотливого животного, очередная секретарша, раздвигающая ноги, и мать решила, что эта жизнь ей больше не нужна.
Повезло, что горничная зашла в комнату и успела схватить ее, не дать упасть, но с того момента состояние только ухудшилось. И в записке, найденной на прикроватной тумбе она четко обозначила причину. И виновника.
Но этот урод все отрицает.
─ Следи за словами, щенок! ─ замахивается и бьет с кулака по лицу.
Вновь отшатываюсь и хватаюсь за подбородок. Двигаю челюстью, удар не сильный. Но отрезвил. Злость затихает и уступает место более страшному чувству.
Сдвигает брови, когда начинаю смеяться.
─ Как же сильно ты боишься правды. Проваливай отсюда. И больше не приходи.
─ Мы еще вернемся к этому разговору, сын!
Одергивает пиджак и идет к двери, умышленно задев меня плечом. Хлопает дверью так, что соседние палаты определенно проснулись.
─ Прости, мама. ─ опускаю голову и тихо говорю. ─ Ты просила наладить контакт, но я не могу. Ненавижу его всем сердцем. ─ до хруста сжимаю кулаки."
"Отец не видит проблемы в ее состоянии.
Переговариваю с врачом. Он рассказывает то же самое, что и отец, только с подробностями. Мама на тяжелых препаратах, но и они уже не справляются. Что делать дальше не понятно, но будут подбирать другое лечение.
Выхожу из больницы и воздух кажется омерзительно кислым.
Чувствую себя жалким. Стерпел удар отца, но так хотелось ответить. Только физическая боль ничего не даст. Моя задача уничтожить его морально. И пора доставать тяжелую артиллерию, не зря ведь я уже так далеко забрался.
Поднимаюсь на лифте, а мысль только одна ─ напиться и уснуть.
