Если такое случится, в системе включится автопилот, и по возвращении вам придется заплатить штраф, с размером которого вы могли ознакомиться в договоре на нашем сайте и в правилах техники безопасности.
Лифты подняли нас на верхний уровень, но, вопреки моим представлениям, направились мы не к малюсеньким капсулам, а в другую сторону.
— ВИП-отсек, — сообщил парень, открывая дверь своим пропуском.
Мы оказались в закрытой части ангара, где было всего три подводные капсулы.
— Ваша, — сообщил парень, указывая на ближайшую, застывшую на стальной пусковой стреле.
Эта по размерам тоже напоминала половинку вагона. Ну или флайс Председателя, такой, с диванчиками и столиком.
Впрочем, когда Гроу коснулся капсулы ключом и дверь втянулась в корпус, я поняла, что флайс Председателя по сравнению с этим — чешуйня.
— Мм… — сказала я, увидев диванчик у дальней стены, в объятиях которого застыл накрытый на двоих столик. Помимо диванчика, здесь были еще мягкие кресла, стереосистема, мини-бар, светильники на стенах в форме драконов. И, разумеется, кабина управления, отделенная от всей этой красоты перегородкой, которую можно было сделать как прозрачной, так и полностью матовой (о чем свидетельствовал специально нанесенный на стекло значок).
— Ты пока располагайся, — сообщил Гроу, — а я пойду нас топить.
— Ты вроде Баррета Крэйна? — поинтересовалась я. — Водишь все, что движется?
— А что не движется, толкаю и вожу, ага, — легко согласился он. — Топай на диван.
— Вот еще. Я хочу посмотреть, как это плавает. И может быть, даже порулить.
— Кто бы сомневался, что ты так скажешь.
Мы вместе вошли в кабину, и он устроился в кресле пилота, а я осталась за спинкой. Глядя на то, как загружается панель управления, закусила губу.
— Где ты этому научился?
— Ни за что не поверишь.
— Мне придется. Хотя я в курсе, что сказочник ты еще тот.
— У меня был друг, который работал на базе глубоководных аппаратов. Специализировался на них, если можно так выразиться.
— То есть ты дружил с тем, кто это делает?
— Я служил в подводных войсках Ферверна.
— Ага, — многозначительно сказала я.
Потому что представить Гроу вальцгардом не получалось. То есть совсем. Ну или почти совсем: я не могла представить его в форме, даже несмотря на очень богатую фантазию художника по спецэффектам. Зато другая часть моей фантазии, ровным счетом никак не отвечающая за спецэффекты, живо дорисовала картину из другой жизни Джермана Гроу. То есть Джермана Гранхарсена.
И сразу вспомнились слова его отца о пламени.
— Ты там научился водить? — решила переключиться с этих мыслей. — Все, кто служат в подводных войсках, умеют управлять такой штуковиной?
Он коснулся оранжевого огонька на панели.
— Эта штука — подтверждение готовности.