Сминая щиты, ломая копья, разбивая шлемы, оливийцы теснили чужаков. Еще хуже складывались дела у аланцев. Властелины врезались в их ряды, и использовать огнестрельное оружие часто не удавалось.
Олджон пришел в себя после первого удара, открыли огонь пулеметы бронетранспортеров, выкашивая мутантов возле оазиса. Сумели перегруппироваться и батальоны пехоты. Рискуя попасть в своих, снайперы начали уничтожать врагов. Пустыня покрылась телами убитых и раненых.
Окруженные наемники отчаянно сопротивлялись. Сражение протекало совсем не так, как предполагали захватчики. Рядом с Олесем рухнул на землю коренастый воин. Бедняга не успел поднять щит, и дубина тасконца сломала ему плечо. Второй оливиец тут же прикончил врага ударом в голову. Храбров сделал выпад и пронзил клинком сердце мутанта. Слева от русича дрались Жак и Тино.
Самое страшное было в том, что тасконцы бились молча — ни слов, ни криков, ни стонов. Постепенно силы защитников Тишита таяли. Возле наемников лежали груды бездыханных тел.
Контратака захлебнулась, и тасконцы быстро отступили под защиту каменных стен. Отход был проведен стремительно, оливийцы даже умудрились забрать с собой раненых. Аланцы замерли в нерешительности. Некоторые роты не досчитались трети состава — никто не ожидал, что властелинам удастся прорваться к стрелкам.
Опустив окровавленный меч, Олесь осмотрелся. На песке валялись сотни трупов. Десантники поспешно оказывали помощь раненым.
О немедленном штурме оазиса не могло идти и речи. Нужна была передышка и землянам — уцелело не более тридцати человек. Шестеро воинов получили серьёзные ранения.
Сняв шлем и смахнув пот со лба, де Креньян с горькой усмешкой произнес:
— Отличная схватка получилась. Такого коварства от властелинов я никак не ожидал! Могу только поблагодарить мутантов за прекрасный урок… Они показали захватчикам, что легкой прогулки по Оливии ожидать не стоит. За каждый участок плодородной земли аланцам придется платить кровью.
— Это верно, — согласился русич. — Но сейчас пора подумать о Тишите. Сириус почти скрылся за горизонтом, а мы еще не вошли в деревню. Ночной бой приведёт к куда более серьезным потерям. Надо добить противника засветло…
— Боюсь, аланцы слишком напуганы, — заметил француз. — Полковник не решится на повторную атаку. Десантники наверняка отступят к барханам.
— Придется его убедить, — вставил Тино.
Трое наемников быстрым шагом направились к бронетранспортерам.
