В мире, где дикие природные силы властвуют над людьми, Ольга чувствует себя как живой инструмент в руках божественных мук. Падение омывает ее, словно камни падающей реки, и каждая секунда уносит последнюю каплю воздуха из легких. Вспышка света, сопровождаемая грохотом вырывающихся из земли стволов деревьев, дает ей возможность вздохнуть перед жуткой судорогой, которая охватывает ее тело, как будто кто-то раскалывается на части сам по себе....
Утром после ухода матери она штудировала интернет, поочерёдно внося в поисковую компьютерную систему все имена и фамилии из воспоминаний. Абсолютно все, какие вспомнила и записала в тетрадь.
Практически сразу отказалась от поиска Наташи Ильиной. Отфильтровав полученные данные по ограничению в возрасте, поперхнулась выданной итоговой цифрой. Отработка каждого имени займёт не одну неделю беспрерывного труда, а нужное может не найтись.
Внятный результат на запрос дала лишь фамилия Макинтайр, ведущая свою историю от средневекового шотландского клана горной части Шотландии.
Ольга вошла в приёмную.
Катя оторвала глаза от монитора и посмотрела на квадратные часы на стене:
— В бухгалтерии была?
— И там тоже.
— Неважно выглядишь, подруга. Бледная, уставшая, — Катерина сочувственно причмокнула языком. — Плохо, что до лета далеко. На реку не сходишь, не позагораешь. Так и пройдёт отпуск… — замялась она и почесала длинным ногтём за ухом, — никак.
— Мамино колечко, — не вдаваясь в подробности, ответила она.
Дверь в кабинет руководителя распахнулась и Антон Дмитриевич, бросив папку-портфель на стул, принялся надевать тёмное шерстяное пальто. В упор посмотрел на библиотекаря.
— У вас что-то срочное? — не дав ей ответить, продолжил: — Если не возражаете, поговорим по дороге. Простите, очень спешу.
Строго глядя на секретаря, распорядился:
— Сегодня меня не будет. Позвонит Кривошеев, скажете, что свяжусь с ним сам.
Катя кивала как китайский болванчик, не сводя преданных, влюблённых глаз с директора. Ольга не предполагала, что взгляд может быть настолько говорящим.
Они шли по пустому полутёмному гулкому коридору.
— Как ваше самочувствие? — поинтересовался Антон Дмитриевич, задержав пристальный взгляд на лице сотрудницы.
— Хорошо, — ответила она, на ходу доставая из сумки конверт с деньгами.
Мужчина продолжал идти, игнорируя протянутую руку женщины.
На лестничной площадке электрик менял перегоревшую лампочку. Ольга с опаской посмотрела на шаткую стремянку, вздрагивающую при каждом его движении. Неприятно засосало под ложечкой.
— Антон Дмитриевич, вы ставите меня в неловкое положение, — повысила она голос, торопливо спускаясь за мужчиной.
Он резко остановился, повернулся к ней и опустил глаза на конверт.
