Глядя на будку, Томас и сам не понимал, что сейчас чувствует острее: любопытство и желание узнать, что находится внутри, или боязнь очередного страшного открытия.
Едва он переключил свое внимание на проходы в центре каждой из четырех стен Глэйда, как подошел Чак, держа в руках пару сэндвичей, яблоки и две металлические кружки с водой. Чувство облегчения, охватившее Томаса, удивило даже его самого – в этом мире он был не совсем одинок.
– Фрайпан не обрадовался, что я пришел на кухню до ужина, – сказал Чак, усаживаясь под деревом и жестом приглашая Томаса сделать то же самое.
Томас сел, взял было сэндвич, но остановился: в памяти вновь всплыла чудовищная сцена в старом доме. Однако голод одержал верх, и он принялся за еду, ощутив во рту упоительный вкус ветчины, сыра и майонеза.
– О господи… – промычал Томас с набитым ртом. – Умираю с голоду.
– А я что говорил! – невнятно отозвался Чак, уплетая свой сэндвич.
Откусив еще несколько раз, Томас наконец-то задал давно мучивший его вопрос:
– Так что все-таки случилось с этим Беном? Он же на человека перестал быть похож.
Чак бросил взгляд на дом.
– Я и сам точно не знаю, – пробормотал он. – Я его не видел…
Томас понимал, что Чак врет, но решил не давить на мальчишку.
– Не думаю, что тебе бы понравился его вид, уж поверь мне, – сказал он, грызя яблоко.
Томас снова перевел взгляд на огромные просветы в стенах. Хотя отсюда и было плохо видно, ему показалось, что края каменных стен, ведущих в коридоры, какие-то странные. Глядя на стены, он вдруг почувствовал головокружение, словно не сидел у их основания, а парил над ними.
Он тряхнул головой и спросил:
– А там что? Какой-то замок, что ли?
Чак замялся.
– Гм… Ну… я отсюда никогда не выходил…
– Что-то ты темнишь, – сказал Томас, отправив в рот последний кусок яблока и делая большой глоток из кружки.
До сих пор ему никто ничего толком не объяснил, и это начинало действовать на нервы.
– Почему все здесь такие скрытные?
– Так уж сложилось. В этом местечке творятся очень странные вещи, и большинство из нас не знает всей правды.
В лучшем случае – половину.
Чака, видимо, все это нисколько не беспокоило. Он был совершенно равнодушен к тому, что у него отобрали прошлое. Да, похоже, с ребятами что-то не так…
Томас встал и пошел в направлении восточного прохода.
– Никто мне не говорил, что я не имею права осмотреться.
Хотелось узнать об этом месте хоть что-нибудь, чтобы не сойти с ума.
– Эй, погоди! – крикнул Чак, пытаясь догнать Томаса. – Будь осторожен.
