После того, как предложил мне член своего брата в качестве подарка на Новый год. Очень вовремя вспомнил!
Слова сами вырвались у меня изо рта помимо моей воли. Я не хотела говорить и думать о произошедшем.
Но как игнорировать кровоточащую рану размером во всю душу? Нереально…
Поэтому ядовито выплюнула слова и обвиняюще посмотрела на мужа.
Он усмехнулся в ответ. Немного криво и наклонил голову вперёд.
— Но ты же взяла его. До самых яиц, как он и говорил. У меня ты никогда не сосала с таким рвением, Карина.
Я метнулась вперёд и не думая, что творю, хлопнула мужа по щеке.
Его лицо после хлёсткого удара сразу же покраснело. Вздулись вены на шее и на висках.
Лёша дёрнулся вперёд, но остался стоять на месте. Только напряжённо замер.
— Не делай так. Никогда. Я всё для тебя делаю. Я на глотку себе наступаю ради тебя.
Муж медленно опустился возле двери, опершись на неё спиной. Сложил локти на коленях и уронил голову.
— Я готов на всё ради тебя. Всё к твоим ногам. Даже себя. А ты — только к нему. Мыслями. Телом.
Я замерла, слушая приглушённый голос мужа. Его слова ввинчивались внутрь ноющей головы.
— Ты готова к нему перейти по мне, как по мосту. Ради чего? Карин?
Лёша поднял лицо, посмотрел на меня покрасневшими, блестящими глазами:
— Сидеть навытяжку и ждать, пока он обратит на тебя внимание среди прочих своих шалав? Ты готова быть его похотливой сучкой? Почему?!
Последнее слово он выкрикнул.
Я сжала виски ладонями. Пульсирующая боль не утихала. Я не знала, что ответить на обвинительную тираду мужа.
Он был не прав. Или всё-таки смотрел глубже, чем я?
Но я не хочу быть позорно зависимой от его старшего брата. Не хочу.
Но почему Лёша сам толкнул меня к нему? Отдал позабавиться на короткий срок другому, как любимую игрушку, а теперь ревностно прижимает к себе и рычит от злости, потому что игрушке… понравилось.
Всегда нравилось.
Это то, чего у нас не отнять никогда. Сумасшествия на двоих, порочного и желанного.
— Я хочу уехать, — внезапно проронила я. — Хочу уехать…
Я дошла до кровати и опустилась на неё безвольным телом, скрутилась эмбрионом, зажав голову между локтей.
Через мгновение послышался шорох. Рядом на кровать присел Лёша и погладил меня по голове. Дотронулся до набухающей шишки от его удара. Я непроизвольно зашипела от боли.
— Извини. Сильно болит, да? — голос мужа значительно потеплел.
Лёша прилёг рядом и обнял меня, начал дышать в шею.
— Прости. Прости. Прости… Забудь всё, что я наговорил. Прости. Это вырвалось против моей воли.
