Кто-то, кто желает мне смерти, проник в Магистериум и, несмотря на меры предосторожности мастеров, пытается со мной расправиться. Мы с Тамарой и Аароном решили провести собственное расследование после того, как меня в собственной спальне едва не убил элементаль и чуть не раздавила рухнувшая с потолка люстра. Если бы я знал, к какой ужасной трагедии это приведет и чем я заплачу за любопытство, то ни за что бы не согласился на подобную авантюру…...
Целый выходной, который можно будет провести, бултыхаясь в горячих бассейнах, смотря фильмы и объедаясь конфетами в компании Тамары и Аарона. Это будет здорово!
Он также обрадовался тому, что во время теста за ним не будут присматривать. Он ценил намерения друзей, но не привык постоянно быть с кем-то, и это его выматывало. Этот тест придумали мастера, и они же следили за его проведением. Что означало, что никто не будет в безопасности. Но при этом, скорее всего, он не окажется в большей опасности, чем кто-либо еще.
Над огнем, усиленный магией воздуха, загремел голос мастера Норта. Он еще раз объяснил правила, подчеркнув момент про запрет полетов, и принялся зачитывать их стартовые позиции. Колл пошел на поиски своей меловой отметки: BY9.
– Удачи, – сказал он Аарону и Тамаре, те сжимали в руках фляжки и с тревогой смотрели на него. У Колла потеплело на сердце, и вовсе не от огня. Оба его друга собирались зайти в раскаленный лабиринт, и оба они волновались за него, а не за себя.
– Осторожней, – Аарон хлопнул Колла по плечу.
– У нас получится, – в голосе Тамары слышались нотки былого энтузиазма. – Ты и оглянуться не успеешь, а мы уже будем плескаться в Галерее.
Они заняли свои места. Колл услышал сквозь треск и гул пламени голос мастера Норта:
– На старт, внимание, марш, ученики!
Все бросились вперед. Лабиринт состоял из множества проходов. Колл пошел по своему, уходящему вглубь пламени. Вокруг все полыхало. Другие ученики за пляшущими оранжево-красными языками превратились в расплывчатые тени.
Впереди показалась развилка. Колл наугад повернул налево и пошел дальше. Сердце гулко билось в груди, а горло обжигало вдыхаемым горячим воздухом. Ну хотя бы дыма не было.
Огонь хочет гореть. Он вспомнил собственное ироничное продолжение, придуманное им, когда он впервые услышал квинканс. Колл хочет жить. В этот момент огонь осел, и Колл смог окинуть взглядом весь лабиринт.
Он никого не увидел. Пульс ускорился, когда он понял, что в лабиринте не было больше никого из учеников.
– Аарон? – позвал он. – Тамара?
Колл напряг слух, пытаясь различить что-нибудь еще, кроме треска пламени. Ему показалось, он смутно уловил свое имя, далекое, точно шепот, и повернулся в ту сторону, но тут огненные языки опять взметнулись вверх, на высоту телефонных столбов. Один такой язык едва не задел Колла, и тот поспешил отступить. Край его рукава вспыхнул.
