В черном великолепии герцога Андоверского ждет неудача в похищении светской красавицы. Его телохранитель Лью Трейси Клэр Бельмануэр, облаченный в черное с серебром, не ожидает легкой победы. Эта книга — портрет мрачной интриги и нераскрытого заговора в мире богемных грез....
Те, другие, рыдали и задавали вопросы, ругались и бесновались; никогда прежде не встречал он ни одной, которая бы вот так парировала удар за ударом, используя против него его же оружие.
— Кем же вы еще имеете честь быть? — спросила она и подавила зевок.
— Мистер Эверард, дитя мое, и… герцог Андоверский к вашим услугам.
Тут она вскинула голову и уставилась на него сверкающими глазами.
— А я о вас слышала, сэр… — медленно, со значением, произнесла она.
— И еще услышите, дорогая.
— По всей вероятности, да, ваша светлость.
"Так значит, та таинственная шпага с искусно сделанной рукояткой, усыпанной драгоценностями, действительно принадлежала ему! Интересно, сохранил ли ее Джек… О, если бы волей случая он оказался сейчас здесь, рядом, когда она в беде. Но заступиться за нее было совершенно некому, она целиком во власти этого безжалостного развратника, о чьей репутации была хорошо наслышана и чье присутствие вселяло в нее ужас и необъяснимое чувство омерзения. Она сильно сомневалась в том, что отцу удастся отыскать ее.
Герцог, подавшись вперед, положил ей на колено тонкую белую руку.
— Будьте благоразумны, дорогая. Я вовсе не такая уж скверная партия.
Нежность, отчетливо сквозившая в его голосе, наполнила Диану неизбывным ужасом. Она отпрянула.
— Уберите руки! — воскликнула она и вскочила. — И не смейте ко мне прикасаться, слышите?
Он тихонько усмехнулся в ответ, и этот смех вернул ей ярость и силы и позволил вновь заговорить насмешливо-ледяным тоном.
— Как же это? Чтоб герцог и вел себя столь негалантно? Вы забываетесь! Прошу соблюдать дистанцию!
Уголком глаза она заметила прикрепленную к обшивке кареты кобуру с пистолетом. Тут же отвела взгляд, надеясь, что он его не заметил, но от внимания Трейси мало что ускользало.
— Вынужден разочаровать вас, дорогая. Он не заряжен.
Она опустила руку на кобуру, словно желая проверить его утверждение.
— Ах, это?.. О, но я уже и без того догадалась, ваша светлость.
Нет, самообладание у этой девушки поистине поразительное. Ну где еще, скажите на милость, сыщешь такую?..
— Меня зовут Трейси, — заметил он как бы между прочим.
Слегка склонив голову набок, Диана словно пробовала имя на вкус.
— Мне не нравится это имя, сэр, — сказала она.
— Когда меня крестили, вряд ли кто-либо был озабочен мыслью о том, чтоб доставить вам удовольствие, — лениво парировал он.
— Вряд ли, сэр, — согласилась она.
