— И путалась под ногами.
Я покачала головой, не понимая каким образом могла тогда его отвлекать, сидя в своем кабинете.
— Иди сюда, — вдруг попросил он хриплым голосом.
— Зачем? — Заподозрив неладное, спросила я.
— Помощь нужна, — усмехнулся муж.
— Сейчас, — я вскочила, укоряя себя за излишнюю подозрительность. — Хочешь встать?
— Хочу поцелуй, — улыбнулся он и дернул меня за руку, не обращая внимания на свои явно болезненные ощущения. — Сегодня ты ни разу меня не поцеловала, только ругаешься с самого утра и отчитываешь, словно ребенка.
— Мансур притянул меня к себе.
Не желая, чтобы он напрягался, я склонилась над ним, пристроившись на краешек дивана.
— Поцелуи надо заслужить, — не зная, откуда взялось во мне это упрямство, заявила я и удивилась собственной смелости. — А ты заслужил только упреки.
Наклонилась ниже, увидев, как он облизнулся, глядя на мои губы, тронутые ягодным блеском. Желая поддразнить, потерлась своими губами о его, не давая ему завоевать меня страстным поцелуем.
— Не дразнись, Ангелок! — Простонал он, вызывая во мне дрожь желания.
Подняв руку, провел пальцем по моей нижней губе, стирая блеск и погружаясь внутрь моего рта. Я прикрыла глаза, чувствуя его вожделенный взгляд и не в силах вынести такой откровенности. Я прекрасно понимала, о чем он думал, и что представлял на месте своего пальца. Ведь муж не раз намекал на всегда казавшееся мне постыдным действие. Но сейчас, рядом с ним, мне хотелось даже этого. Хотелось попробовать его на вкус, узнать каково это, перешагнуть и эту грань порочности.
С Мансуром каждый момент физической близости становился для меня открытием.
— Знаешь, сколько раз я смотрел на эти губы, мечтая попробовать их на вкус… Узнать такие ли они сладкие, как выглядят… — Сводил он меня с ума своим хриплым шепотом.
Не выдержав накала, я нежно поцеловала мужа, наслаждаясь его неровным дыханием от соприкосновения наших губ. Его рот мягко отвечал на движения моего, неторопливо перехватывая инициативу и начиная вторжение языком. Осторожно запустив пальцы в его волосы, стараясь не задеть шишку на затылке, я отвечала ему, наслаждаясь его вкусом и запахом.
Он урчал, словно довольный кот, трогая меня и сминая мою плоть прямо через одежду. Мучал себя сам, зная что не сможет удовлетворить свое желание, но все равно разжигая его.
— Ой! Извините меня! — Раздался голос Елены, которая вновь ворвалась в кабинет не вовремя. — Зайду попозже.
Она вышла так же стремительно, как и вошла, сумев нарушить момент нашего единения.
