Шла вторая неделя после злосчастного падения, и Мансур чувствовал себя значительно лучше, почти забыв о боли в спине.
— Хочу тебя поцеловать… — Прошептал он, игриво кусая меня за нижнюю губу.
Поддавшись его настроению, я скользнула рукой по его шее и обхватила ее. Привстав на цыпочки, сама соединила наши губы, наслаждаясь тем, как прижалось ко мне его практически обнаженное тело. Мансур вышел из душевой кабины, когда я завела разговор о планах на день, и его тело прикрывало только полотенце, обвязанное вокруг бедер.
— Я так соскучился по тебе… — Зашептал он, разрывая наш поцелуй и переключаясь на мою шею. Продолжая прижимать меня к себе так, будто я могла исчезнуть, он прошелся языком по пульсирующей от желания венке, и, прикусив кожу, всосал ее в рот. Медленно и нежно начал избавлять меня от халата и ночной сорочки, спускаясь губами к обнажившейся груди, не скованной тканью лифчика.
— По вам я тоже скучал… — Прошептал он, обхватывая руками мои груди, вбирая сосок в рот и принимаясь ласкать его языком.
Найдя рукой трусики, сорвал и их, оставляя меня полностью обнаженной. Скользнув рукой между моих ног, провел пальцами по увлажняющейся сердцевине, приводя меня в трепет и вызывая непроизвольный стон. Оттеснив к стоящей у стены тумбе, Мансур подсадил меня на нее, раздвигая мои ноги и устраиваясь между ними. Отбросив полотенце, он явил мне свой полностью готовый к действию орган, от чего я задрожала, предвкушая надвигающееся удовольствие.
Нажав мне на плечи, он отклонил меня, заставив прижаться к стене.
И, обхватив рукой свой член, провел головкой по моему чувствительному клитору. Горячая волна удовольствия пробежала по всему телу. Мое тело изогнулось, грудь с напряженными от недавней ласки сосками, подалась вперед.
Застонав, он начал проникать в меня, накрыв ладонями мои груди и играя с сосками. Не в силах выносить его пронзительного взгляда, я притянула мужа за плечи, увлекая в жаждущий поцелуй. Мансур начал медленно и осторожно двигаться, спустив руки мне на бедра и придерживая меня за них, пока снова и снова входил в меня, соединяя наши тела.
Звуки шлепков и прерывистые вздохи, что мы издавали друг другу в губы, делали меня невероятно возбужденной и жаждущей. Но Мансур не торопился усилить натиск, действуя не спеша и аккуратно. Мне же хотелось совсем другого, и, не в силах больше терпеть эту пытку, я умоляюще простонала.
Будто ждавший этого, он, наконец, ускорился, с силой врываясь в мою плоть.
