Ноги мокрые по колено, но я не обращаю на это никакого внимания. Одной рукой придерживаю узкие запястья, а другой, как клещ, цепляюсь за ляжку жены. – Врешь! Не уйдешь! – кричу в отчаянии. – Ты моя! Нам с тобой еще жить лет пятьдесят и стариться вместе! Дочку заделать и сына! Детей в люди вывести! Куда ты пойдешь? Сама подумай!
– Русла-а-ан, – тянет Света. – Бабушка зовет!
– Она там с дедом Колей, а ты тут должна быть со мной и Дамиром. Поняла? – прикрикиваю, теряя терпение. – Я люблю тебя! – ору дурниной. – Только тебя и люблю! Не умирай, пожалуйста! Сейчас к людям выйдем! Слышишь, Светка!
Но жена уже не отвечает.
Перемещаю пальцы на пульс. И ничего не могу нащупать.
– Твою мать! – кричу в панике.
Осторожно укладываю жену на какое-то поваленное дерево. Встав на колени рядом, подсвечиваю айфоном в приоткрытое веко.
Полная отключка, гребаный сарай!
– Света, Светочка! Я люблю тебя! Только очнись! Девочка моя! Мы же пропадем с Дамиром… Ты нужна нам. Мне нужна!
– Эй, мужик! Случилось что? – доносится от реки.
Резко повернувшись, замечаю рыбака на моторке. Старый дедок в ушанке и потрепанной куртке смотрит растерянно.
– Вывези нас, командир! Бабок заплачу немерено. Только помоги. У меня жена помирает…
– Да не вопрос, – хмыкает старик и предупреждает грозно. – Мне деньги не нужны. Я по доброте душевной помогу. Сейчас подплыву поближе.
Немного позже, когда моторка резво выбегает в широкое озеро, я, прижав к себе обмякшее тело жены, стараюсь вспомнить все известные молитвы.
Но все мои мольбы обращаются к жене.
– Очнись, Светочка! – шепчу я, накрыв жену какой-то старой рыбацкой курткой. – Сейчас нам помогут. Держись, любимая! Только держись!
62. Супчику хочешь?
Светлана
Я прихожу в себя в незнакомой комнате. На стене висит старый ковер с красными и желтыми узорами. А около противоположной стены маячит трехстворчатый платяной шкаф родом из прошлого века. Но сама комнатка чистенькая и светлая. На стене еле слышно тикают часы. А рядом с постелью стоит стойка для капельницы.
Явно не больница, но хоть какая-то цивилизация.
С удивлением гляжу на рукава надетой на меня рубашки. Белая фланель в розочку. У меня такой отродясь не бывало.
Где я? И куда делся Руслан?
Бросить он меня не мог, это точно. Я слабо помню, как мы добиралась. Кажется, большую часть пути муж тащил меня на руках. Орал что-то. Пытаюсь вспомнить, но никак не получается.
Подхватившись, сажусь на кровати. Аж в глазах темнеет от резких движений.
