– Потом когда-нибудь вернемся к этой теме. Лет через пять. Сейчас тебе нужно поправиться. Секас придется отложить на время.
– Как скажешь, – вздыхаю, понимая, что Руслан прав. И даже не представляю, какие мысли бродят в башке моего мужа.
Лишь через месяц до меня доходит происходящее. Мы не спим с Русланом в одной постели. Хотя каждый вечер он укладывает меня в кровать. По привычке я засыпаю в его объятиях. Но муж всегда уходит в кабинет. Работает до поздна, а потом засыпает на диване.
Меня такое положение не устраивает.
Пусть между нами есть нежность и любовь, но должна быть и близость!
«Не молчи», – предостерегает меня внутренний голос.
– Хочу тебя, – мурлычу, прижавшись к мужу и неожиданно получаю категоричный ответ.
– Погоди. Пока нельзя. Ты еще слабая, Света. Боюсь навредить.
– Я давно выздоровела, – пытаюсь доказать мужу простую истину.
– Тебе нужно окрепнуть, – отрезает он, снова прижимая меня к себе.
Со времени аварии муж сильно изменился. Он перестал ездить в офис и почти все время работает дома.
С утра холл и находящиеся рядом комнаты заполняются людьми. Приезжают помощники с кипами бумаг на подпись, заместители – на совещания и даже кто-то из администрации города. Но как бы ни был занят Руслан, он все равно выкраивает время для нас с Дамиром.
Играет с сыном на полу или, сграбастав меня в охапку, глаз не сводит с ребенка.
Сейчас я безотчетно верю каждому слову мужа. Дарю ему любовь и чувствую полную взаимность. Во всем, кроме самого главного…
– Мы приглашаем тебя на прогулку, – держа на руках сына, заглядываю в кабинет мужа.
– Ты как?
– Готов все бросить, на хрен! – весело рапортует Годаров. – Пойдем к реке? – предлагает он.
И когда мы выходим на улицу, берет у меня Дамира."
"– Папа-папа, – лопочет малыш, обнимая отца за шею. Что-то радостно рассказывает на малышковском диалекте. А я смотрю на любимых мужчин и до конца не верю своему счастью.
– Твоя мама звонила, – сообщаю осторожно. По непонятным мне причинам Руслан перестал общаться с родственниками.
– Все нормально? – роняет он нетерпеливо.
Всем своим видом показывает, что разговор неприятен.
– Да, – киваю поспешно. – Алиса ждет ребенка. А ее парень не хочет на ней жениться. Говорит, не готов стать отцом…
– Плохо, – морщится Руслан. Но дальше разговор не идет.
– Кристина Игоревна просила тебя вмешаться… – добавляю я и тут же получаю отпор.
– Не фиг! – отрезает Годаров. – Я тут каким боком? Пусть сами разбираются. Меня по большому счету личная жизнь Алисы не волнует.
