Даже не собираюсь вникать.
– Давай поговорим о нас, – предлагаю поспешно. – Ты меня не хочешь?
– С ума сошла? – поставив сына на землю, обнимает меня муж. – Я не знаю, куда еще тебя поцеловать, – добавляет с придыханием. – Ни одна женщина не действовала на меня так, как ты… Я просто чокаюсь, Света…
– Я тоже, Рус, – киваю и тут же кидаюсь в бой. – Но у нас стали какие-то однобокие отношения, как у пенсионеров. Не находишь?
– Мы уже говорили, малыш, – устало морщится он, и на холеном лице застывает такая неподдельная грусть, что аж берет за душу.
– Я боюсь тебе навредить. А если залетим, то риски возрастают в геометрической прогрессии. На фиг мне дурацкий секас и какие-то потенциальные дети, если мне страшно потерять тебя. Время пройдет… Ты восстановишься…
– Я жива и здорова, Годаров, – выставив между нами локоток, заявляю упрямо. – Спусти меня, пожалуйста, с пьедестала. Я не Мадонна, а обычная женщина!
– Какая ж ты обычная? – фыркает Руслан. – Ты самая лучшая.
Непробиваемый тип!
Вывернувшись из крепких рук мужа, отхожу к сыну.
Дамир собирает на берегу тонкие прутики и бьет ими сначала по покрытой инеем травке, а затем бежит к ерику. Пытается стукнуть веткой по узкой кромке воды.
– Весь в отца! – раздается сзади добродушный голос. – Тебя тоже, Русик, от воды было не отогнать, – смеется сосед.
– Здравствуйте, дядя Миша, – довольно кивает Годаров. – Ген пальцем не раздавишь. Дамир подрастет, куплю ему лодку. Да, сынок?
Маленький нахальный мальчик резво возвращается к отцу и, подойдя почти вплотную, дергает Руслана за штанину.
Требует, чтобы отец его срочно взял на ручки. И когда ручонки сына любовно обвиваются вокруг широкой Годаровской шеи, тихо шепчет.
– Да, папа. Хоцю ло-ку…
– Ишь ты, – смеется сосед. – Лодку ему подавай!
– Это же мой наследник, – расплываясь в улыбке, замечает муж.
– Та я не спорю, – усмехается сосед и, набравшись смелости, заявляет. – Вот ты правильный мужик, Руслан! Жену любишь. Сына. В деревне нашей навел порядок. Дорогу вон от трассы за собственные бабки проложил… А я вот одного не пойму, вышку мою зачем разломать велел? Чем она тебе помешала?
– Вышку? – изумленно переспрашивает Годаров и уточняет, будто не понимает вопроса.
– Какую вышку, дядя Миша?
– Да на Гордом острове, – вздыхает сосед. Отчаянно жестикулирует, показывая на противоположный берег.
– Это ваша? – удивленно тянет Руслан. – Зачем она вам, Михаил Григорьевич?
– Так мы с мужиками специально соорудили. Доски свои натаскали.
