В подъезде скрываются таинства: кровь и неожиданность. Жертва лежит бездыханным в крови, а за ним стоит женщина-подозреваемый, заикающаяся от страха и волнения. Адрес известен — дом двенадцать, подъезд второй. Нарастает ожесточенная проверка — кого из знакомых могли убить так жестоко?...
Может быть, медной?
Машина заглотила один лист, испещренный цифрами и названиями городов, и еще один, и еще.
— Снято. Ну что, пускаем в работу? Я сделал секундную паузу и чуть ли не перекрестился про себя.
— Давайте! С богом!
— Давно ли вы стали верующим, начальник? — съехидничал программист.
— Давно, с тех пор, как с этим делом связался. И с вами. И с вашей машиной.
— А машина-то чем виновата? Она здесь ни при чем.
— А может, при чем? Возьмет и перепутает что-нибудь, забудет или добавит не к месту. И вся работа псу под хвост.
— Не перепутает. И ничего сверх того, что в нее загрузили, не придумает. Она не человек. Она железная. Без фантазии. И отсебятину пороть не умеет.
— Хочется надеяться. Иначе будет непонятно, во имя чего мне пришлось рогоносца изображать.
— Кого?
— Неважно. Это к делу не относится. Работайте. Александр Анатольевич пожал плечами и повернулся к компьютеру. Не отрывая глаз от монитора, пробежал пальцами по клавиатуре. Прочитал ответ. Согласился нажатием клавиши. Снова задал вопрос.
— Да.
— Да.
— Нет.
— Да…
Он разговаривал с машиной, как с живым, только немым собеседником. Вопрос — ответ. Согласие. Или отказ.
Они были интересны друг другу. Он — и компьютер. Третий в их взаимоотношениях был лишний. Третьим был я.
— С чего начнем? С хронологии или географии?
— С географии. Хронология вторична.
На экране возникла контурная карта страны. По ней разбежались точки городов, где бывал с визитами мой подопечный.
— Транспорт?
Я кивнул.
От точек во все стороны разбежались тонкие линии. Пунктирные — там, где исследуемый объект добирался до места назначения самолетом. И непрерывные — где он воспользовался услугами железнодорожного транспорта.
— Возможны дополнительные пункты? — спросил Александр Анатольевич.
Я снова кивнул.
На железнодорожных маршрутах, там, где располагались крупные станции, и в местах промежуточных посадок самолетов добавились новые точки.
Точек и переплетений пунктирных и непрерывных линий стало очень густо.
— Предлагаю развестись по отдельным позициям. Иначе ничего не понять.
— Разводитесь.
— Какой масштаб?
— А какой возможно?
— От ста метров в сантиметре и выше.
— Нет, это слишком мелко. Давайте что-нибудь среднее.
— Двадцать километров в сантиметре.
Нажатие клавиши — запрос. Нажатие клавиши — изменение масштаба. Нажатие клавиши — согласие.
