Я держал тебя на руках, завернутую в одеяльце. Ты гулила и тянула ко мне крошечные ладони.Все, чего хотел раненый зверь внутри меня — вышвырнуть тебя в открытое окно. Но ты улыбнулась мне. И я не смог, обрекая тебя на незавидную судьбу.Мог ли я подумать, что через много лет не узнаю тебя в той, что излечит моё пожранное ненавистью сердце?Той, что станет моим смыслом.Той, что я любой ценой поклянусь спасти....
На мгновение поймала свое отражение в стекле. Оттуда на меня смотрела красивая бледная девушка в черном форменном платье ниже колена с передником и отложным воротником, с тёмно-русыми волосами, сколотыми белым кружевным чепцом. Ох, до чего же мне за прошедшие две недели надоело это черное платье и особенно этот чепец! Хотя, по правде говоря, Свиней Хемиш с его дружками достали меня куда больше! Студентка академии, которую я встретила в самый первый день, говорила правду: молодые маги питали какую-то нездоровую страсть к уборщицам, ибо их грязные намёки и глупые шуточки уже были мне поперёк горла.
Чего только стоит недавний случай: я мыла полы в ресторации (где знатные студенты изволили принимать пищу), а эти, не знаю, как их помягче назвать… гаденыши, долго-долго за мной наблюдали и хихикали. Когда же я со своей шваброй приблизилась к их столику, нарочно разлили по полу клубничный йогурт, и раскрошили хлеб. Их откормленные рожи прямо-таки светились довольством, пока я корячилась под столом, собирая липкую кашицу.
— Эй, поломойка! — не глядя на меня, лениво протянул Свиней, как будто со стулом заговорить соизволил. — Ботинки мне помой, а то я наступил в эту гадость…
— Аккуратней надо быть! — буркнула я.
— Не тебе мне указывать, челядь!
Отпрыск герцога Хемиша выставил из-под стола свой изгвазданный ботинок из дорогой крокодильей кожи. Ну, а мне что делать? Скрипнула зубами, отжала тряпку и протерла испачканную подошву, в душе желая ткнуть Свинея лицом в разлитый им йогурт и немного повозить.
В дополнение к этому милому диалогу лучший друг Свинея Борис Криско (сын местного судьи) по-хозяйски хлопнул меня по попе. Этот Борис точно был каким-то озабоченным, так как я постоянно ловила на себе его масляный взгляд, которым он буквально раздевал меня догола. А однажды, когда я во время перемены чистила в коридоре картины, встав на стул, Криско подбежал и задрал мою юбку, явив целой толпе студентов мои кружевные белые трусики.
