Я чувствовала себя беззащитной перед ним, будто вся моя подлая душонка вывернулась перед ним наизнанку, и он теперь копается вместе со мной в этом дерьме.
– Ты просто молодая и импульсивная девочка. Все люди ошибаются, поверь. Ты мне веришь?
Возможно, он был прав, но это я в очередной раз облажалась, а не он, поэтому ему так легко рассуждать. Что же мне теперь делать? Я не могу признаться отцу в своём предательстве, не могу! Это будет означать, что он во всём был прав по отношению ко мне, а я неправа.
Как смотреть в глаза Кристине, я вообще не представляла. Если она узнает, что это я всё подстроила, будет у меня не жизнь, а ад. Она же скоро станет папиной женой, господи!
– Ну, всё, Кариночка, успокаивайся! Все живы, никто не умер. Я поеду с тобой, и мы вместе расскажем всё Давиду, – предложил Артур. – Хорошо?
Надо что-то решать. У него я больше не могу оставаться и домой идти боязно, но позориться перед отцом на глазах Артура ещё страшней.
– Я сама, – приняла я, наконец, решение.
– Я сама поговорю с папой. И с Кристиной тоже.
– Уверена?
– Да.
– Тогда завтра с ним и поговоришь. Я сейчас позвоню Давиду и предупрежу его. Хватит с тебя на сегодня.
– Нет. Нужно сегодня, Артур, – тяжело вздохнула я, понимая, что и папе, и Кристине сейчас тоже несладко.
Чем скорее они помирятся, тем меньше будет моя вина. Я себе места не найду, если буду тянуть резину.
Артур поймал мой подбородок и заглянул в глаза. Я дышать перестала, думала, он меня сейчас поцелует.
Задницей я чувствовала его твёрдый член, всё ещё подпирающий меня снизу.
– Поговорим о том, что случилось, когда вернёмся домой. Хорошо?
– О чём именно?
– Ты знаешь, о чём.
Я покраснела от смущения и слезла с его колен. Артур не держал меня больше. Он устало потёр лицо ладонями и поднялся на ноги.
– Оставь чемодан, – сказал он, когда я ухватилась за его ручку. – Или ты не собираешься сюда возвращаться?
– Я хочу жить с папой.
– Карина, останься. Тебе будет лучше со мной.
Ты только начала взрослеть. Давид тебя снова задавит.
Я знала, что так и есть, но не могла сказать Артуру настоящей причины своего бегства от него. Я и так достаточно накосячила, чтобы ещё ему в любви признаваться. Лучше уж слушать нравоучения отца, чем смотреть на то, как любимый мужчина счастлив не со мной.
– Не задавит, если я не буду брать у него деньги, – упрямо ответила я.
– Если что, можешь вернуться сюда в любое время.
