Автор
Встретившись в жестокой буре недовольства и непонимания, два взрослых человека оказались в невиданных ситуациях. Ужасающая правда пытается вырваться из толщи обстоятельств, несмотря ни на что — и только укрепляет их связь в самой запутанной истории о непреодолимых взглядах и последовательных шагах....
Никакого, мать его, права…
Но я хотел. Хотел до одури настолько, что, даже оставаясь в постели с Катей, думал о ней. И это был полный швах. Потому что стал гребаным извращенцем, которому место за решеткой с такими мыслями.
— Сестра, — выдавил я. — И я лучше знаю, что для нее важнее.
— Уверен? А что бы сказал отец?
— Он тоже этого хотел.
— Правда? — искренне удивился Мир. — Мне казалось, что он… Черт, ты не шутишь? — Он явно был обескуражен.
— Правда. Он просил найти ей надежного мужчину. Я нашел.
— Но, Ник, она слишком молода еще.
— Бестужев нормальный мужик. Он не станет запирать ее в четырех стенах и ограничивать в учебе. Но так она будет под присмотром.
Мирон покачал головой.
— Серьезно? Выдашь замуж, чтобы у нее появилась взрослая нянька?
— Она — наследница империи Адамиди. Тебе ли не знать, что за обязательства это накладывает? — устало возразил я. Мир понимающе хмыкнул. У него тоже в этом плане было не все просто. — А там, за границей, за ней мотается какой-то ушлепок, пудрит мозги.
— Ты уверен, что у него несерьезно к ней?
— Было бы серьезно, вряд ли бы он зависал в ВИПах стрип-клубов, правда?
— Согласен.
— Вот именно.
— Ты ей рассказывал?
— Конечно, нет, — поморщился я. — Она не станет слушать. Для нее я враг номер один.
— Ты же взрослее, Ник. Будь умнее. Поступи мудрее — не дави на нее. Иначе все может плохо кончиться.
— Уже просила помочь сбежать? — мрачно спросил я. И по взгляду брата понял, что попал в цель.
— Тебя. Ей не хватает тебя. Семьи. Внимания.
— А ты у нас стал психологом для юных девушек, что ли?
Мирон закатил глаза и демонстративно фыркнул.
— Никас, она молодая, наивная девочка. Она столько времени прожила одна, что… Да что я тебе говорю — просто попытайся поговорить с ней начистоту. И все поймешь.
Я отвернулся, стараясь не выдать себя ничем. Никому не мог доверить то, что сводило с ума все эти годы. Я ведь был уверен, что поборол эту болезнь, и вот опять…
— Я попробую, — глухо произнес в ответ.
— Вот и ладненько, — обрадовался Мир, походу не заподозрив ничего. — Кстати, отец сказал, у тебя как-то не очень с контрактами? Туго идет?
— Вроде того, — не стал юлить. — Карабанович уперся рогом — дескать, с вашим отцом — дело понятное, а вот вы — партнер для меня новый.
— Ты мог бы обратиться к Назару, — предложил брат.
— Мог бы, — не стал спорить я. — Но он вчера был не в себе.
