Полина все время настаивает, чтобы Яков на ней женился, потому что ей хотелось денег, а кончилось все плохо, Якова ограбили и выбросили из поезда, то есть здесь мы тоже видим, что отношения, основанные на корысти, обречены на гибель. А вот совершенно противоположный пример: Алексей и Ольга, они думают и чувствуют одинаково, поэтому брак у них долгий и крепкий.
Никаких записей у Марины не было, видимо, она полностью полагалась на свою память. С памятью у нее все было в порядке, а вот с вдумчивостью и внимательностью — не очень.
Речь бойкая, гладкая, но не литературная. Похоже, девочку интересуют исключительно вопросы замужества, брака и семьи. А вот проблемы любви, поднятой в книге, она не заметила вообще. Наверное, она принадлежит к той части молодого поколения, которая думает скорее о том, чтобы выгодно устроиться, а не о том, чтобы испытывать сильные чувства. Забавная девочка! В ней нет абсолютно ничего, что хотя бы в минимальной степени перекликалось с душевным складом Владимира Лагутина, который очень много думал о любви и почти совсем не думал о женитьбе.
Полярные противоположности!
— Вас не смутило, что Алексей начал жить с Ольгой, когда она была еще несовершеннолетней? — задал вопрос Вилен.
— А что в этом такого? — искренне удивилась Марина.
Мне показалось, или лицо Сергея мгновенно переменилось, побледнело и как будто заострилось? Впрочем, у меня не было возможности разглядывать его достаточно внимательно, нужно было слушать Марину.
Действительно, что «такого» в сожительстве взрослого мужчины с несовершеннолетней? Не то эта Марина — совершенно пустое существо, лишенное моральных ориентиров, не то вся современная молодежь такая и она — просто типичный представитель поколения «игрек».
Я добавил ее имя к уже написанным двум — Алексея-Цветика и Оксаны: это первоочередные кандидаты на выбывание. Мне не нужны в проекте ни наглые халтурщики-обманщики, ни люди, которые ни в чем не похожи на моего троюродного племянника Володю.
— У вас всё?
— Да, — дерзко, даже с каким-то вызовом ответила она.
— А что, мало?
— Достаточно, — сухо произнес я. — Теперь хотелось бы послушать Артема.
Вчерашний рассказ Вилена о том, как его подопечный работал над текстом, меня заинтриговал, и очень хотелось посмотреть, как же выглядят результаты столь кропотливой работы.
— Я обратил внимание в первую очередь на терминологию, — начал Артем неторопливо и словно бы размышляя. — В романе есть часто используемые слова: тень, страх, скука, зависть, понимать и не понимать.
