Страх, смешанный с восторгом. Ужас с тревогой…
Когда повествование закончилось Папа Павел IV долго не мог собраться с мыслями. Поборник церковной морали. Инквизитор. Сторонник возрождения высокой духовности. Он просто не мог во все сказанное поверить. Скорее даже не хотел, как и все окружающие. Но новости о разгроме древнего города бежали впереди этих вестников…
– Это просто невероятно, – тихо произнес французский кардинал.
Он, конечно, отстаивал интересы своего Руа, но в чем они заключались сейчас? Ответа он не знал.
Во всяком случае первое, что он вспомнил, это Иерусалимско королевство[73], возрождением которого отчетливо запахло.
Борьба с Габсбургами – серьезное дело. Но возвращение старинных плацдармов в Леванте значило куда больше. Тем более, что отец Антоний поведал о наследном принце Дании, вдохновленном и восхищенном походом графа Триполи.
По словам священника, этот аристократ просто пылал, переполняемый страстью и рвением. Посему, не у кого не было сомнений – вернувшись к себе домой он начнет ТАКОЙ тарарам, что и не пересказать.
Застарелые войны со Швецией сжирали ресурсы старой-доброй Дании. И, видя то, какой урожай можно «пожать», если действовать дерзко, он, без всякого сомнения, начнет свой викинг.
А кого там грабить?
Вестимо. Того, кто «паразитировал» на разнице курсов из-за революции цен. То есть, в первую очередь обитателей Нидерландов. Каковым в скорости станет жарко и душно. Да и купцов из Ганцы вряд датчане станут привечать.
Понятно, что полноценно воевать Дания против столь значительных противников не сможет.
Но она и не будет. Воевать. Судя по настроению наследника датской короны, он постарается возродить «добрые» традиции викингов. Тем более, что Ганза уже слаба, а Нидерланды зажаты в тисках клубка противоречий между Валуа, Габсбургами и пытающимися на этом что-то выиграть Тюдорами.
Насколько это, конечно, реально – большой вопрос. Но кардиналы были склонны считать, что даже если у него ничего и не получится, то он все равно будет пробовать.
А это в самом скором времени превратит северную торговлю в очень рискованное предприятие. Хотя бы на время…
– Это чудо, – тихо-тихо и с очень кислой миной прошептал Павел IV. – Настоящее чудо…
По странному стечению обстоятельств во многих сотнях километров от этого места, в Вене, происходил экстренное собрание Рейхстага Священной Римской Империи. И у Фердинанда I Габсбурга было понимание – его звездный час наконец настал.
