Да и Габсбурги зашевелятся, как и Венеция. А ведь у Сулеймана нет денег из-за взятого рабами Едикале. По сути нет дворца, который уходя граф поджог, тоже нет. И, фактически нет столицы, ибо Истанбул охвачен беспорядками да грабежами. Тотальными. Так что быстро его не вернешь из-за непредсказуемых уличных боев. Да и когда вернешь еще долго будешь приводить в порядок.
Живой, свободный и по полной программе «обосравшийся» Султан был не в пример ценнее нового и свежего. И отец Антоний, вроде было собравшийся основательно отругать графа, резко сдал назад, после объяснений.
И даже выразил ему всемерную благодарность от лица Католической Церкви за столь мудрый поступок…
Глава 7
1557 год, 26 июля, Рим
Папа Римский Павел IV, известный в миру как Джанпьетро Карафа или «инквизитор на престоле» смотрел на трех монахов, стоящих перед ним. На братьев Антонио, Марка и Иеронима. Первый представлял орден иезуитов, второй мирное направление ордена доминиканцев, третий – инквизицию. Причем Антоний еще и прошел весь боевой путь до самого Константинополя.
А вокруг, помимо самого Павла IV, присутствовала почти полная коллегия кардиналов. Ибо новость о взятии и разорении графом Триполи столицы Османской Империи уже всколыхнула всю Европу. Это было настолько невероятно, что кардиналы волей-неволей съехались в Рим, в надежде прояснить ситуацию и понять, что делать дальше и как подобное воспринимать.
– Брат Антонио, – произнес Папа, – ты сопровождал графа Триполи в течении всего похода?
– Да.
Только при возвращении упросил его выделить мне малую лодку, дабы скорее добраться до Рима. Через Днепр. Там я и встретил князя Вишневецкого, который со своими людьми вышел в набег на челнах к берегам Крыма. Он мне и помог скорее добраться сюда.
– Как происходил поход? Рекс Руси, насколько мне известно, отправлял его только для осады Азака – города в устье Танаиса.
– Судя по настроениям в Москве и Туле, Рекс Руси отправлял графа на верную смерть, – заметил брат Иероним.
– Так и есть, – подтвердил брат Марк. – В Москве только и разговоров было, только о том, как граф выкрутится. Сможет ли? И как станет оправдываться перед своим сюзереном за потерю полка. Если вообще сможет выжить.
– А его люди о том знали? – поинтересовался один из кардиналов.
– Конечно, – ответил брат Антонио. – Поэтому, чтобы поднять им настроение и вдохнуть уверенность в победе, граф объявил викинг и водрузил на нос головной лодки голову дракона.
