Вот только, что он здесь делает?
Глава 25
Аделина
Мы смотрим друг на друга, не отрываясь, словно оказались на необитаемом острове, где нет никого, кроме нас. Мое тело будто пронзили сотни игл, в груди становится тесно, на спине выступает испарина. Я была не готова к этой встрече. Эмоционально я в хлам. Но, боже мой, мое сердце ликует, потому что снова его видит…
Несмотря на то, что Богдан находится на приличном расстоянии, я чувствую, как между нами вспыхивает огонек — тот самый, который возник в нашу первую встречу и по-настоящему никогда не угасал.
Даже в те ужасные дни, когда я была уверена в его измене, проклятое притяжение плясало между нами жгучими языками пламени. Время ничего не изменило. И развод тоже ничего не изменил.
Хотела бы я, чтобы все было по-другому…
— Аделина, добрый вечер! — вспыхнув, будто меня застали на месте преступления, оборачиваюсь на звук грубоватого мужского голоса. — Рад тебя видеть.
Передо мной с двумя бокалами шампанского стоит сам Павел Геннадьевич Бессонов. Не могу сказать, что встреча неожиданная, но вот приятной ее не назовешь.
И доброжелательная улыбка на его лице настораживает. В нашу последнюю встречу вместо нее был злостный оскал хищника. И вел он себя соответствующе.
— Добрый вечер, Павел Геннадьевич! — отзываюсь вежливо, не планируя устраивать сцены. В конце концов, от своих юридических притязаний он отказался, позволив мне сохранить мои деньги.
— Прекрасно выглядишь, — Бессонов протягивает мне один из бокалов.
— Нет, спасибо, — отказываюсь я решительно.
"
"После недавних событий, произошедших в моей семье, я предпочитаю пить только из тех бокалов, в которые я сама лично наливала напитки. Желательно, чтобы и бутылки открывала тоже самостоятельно. Возможно, это лишь мои глупые предрассудки, но даже если опустить их, то Бессонов — последний человек, с кем бы мне хотелось выпить шампанского.
— Как дела, Аделина? — прямо интересуется он. — Слышал, ты отклонила предложения нескольких телеканалов.
— Вы хорошо осведомлены, — натянуто улыбаюсь в ответ.
— Да, я действительно отказалась.
— Почему же? Ты создана для экрана.
— Не хочу так работать, — пожимаю плечами.
— Не подошли условия или маленький оклад? — Бессонов приподнимает брови. Эти вопросы он, конечно, задает не из праздного любопытства.
— Все в порядке и с окладом, и с условиями, Павел Геннадьевич, — мягко усмехаюсь я. — Я просто больше не хочу связывать свою жизнь с телевидением и шумихой. Только и всего.
Мой бывший босс замолкает.
