Жанр
В центре окопа кипела жара и напряжение: странные солдаты посыпались на бруствер, а за ними свистел выстрел. Окоп был глубокий и укрепленный, но все же не мог пережить беспрестанной вражеской обороны. Казалось, каждый момент может стать последним.
– Награды говоришь? Ну, предъяви тогда награды. Сделаем запрос в штаб фронта, может, кто-то подтвердит твои показания.
Я снял сапог и скрутил с голени кусок тряпки, в которую были завернуты мои награды. Оба креста сияли, как новенькие.
– Ого, нехило вас балуют, – воскликнул офицер, не удержав в себе удивления. – Как же в плен попал, кавалер?
– Попал в засаду. Выдвинулся с отрядом в тыл врага, но что-то не додумал, и нас прилично так макнули в дерьмо. Своей вины не отрицаю, прошу судить по всей строгости…
– Если личность подтвердят, то какой тебе суд? Сбежал – молодец.
– Захватил на вражеском аэродроме аэроплан вместе с пилотом. Дал слово, что, если доставит на нашу сторону, отпущу живым. Виноват, но отпустил, как и обещал. Вот карта летчика, на ней много пометок о местах дислокации вражеских подразделений, – с этими словами я предъявил и карту.
– Вот за карту уже от меня огромное спасибо. Но пока тебя не признали, к сожалению, вынужден считать карту дезинформацией.
Устроили меня неплохо, землянка, похожая на карцер, но черт меня подери, я у своих, можно и потерпеть. Стены не земляные, обшиты бревнышками, я такие блиндажи у немцев видел, уютно. Сколько займет времени мое «узнавание», не представляю, но я дождусь, я же терпеливый.
Через пару часов, это так, по ощущениям, принесли немного консервов, хлеба и даже воды целый котелок поставили. Набив брюхо кашей с мясом, обильно запив водой, я прилег на топчан, что стоял вдоль стенки, и, завернувшись в свою вражескую шинель, спокойно уснул."
"Никто меня не трогал, не будил. Сколько проспал, не знаю, но выспался отлично, правда, снилась перед пробуждением какая-то хрень. Очнувшись, разлепив глаза и хлебнув воды, кто-то заботливо оставил, пока я спал, достал из закромов памяти мысль и начал ее думать.
