От завтрака я отказалась, любуясь на пустые стены своей крохотной кухни.
— Ну прости, — попросил Рома, виновато заглядывая мне в глаза.
— Ты должен понимать, что я не твоя собственность, — вздохнув, проговорила я, — и, если кто-то на улице до меня дотронулся, это ничего не значит.
— А нельзя сделать так, чтобы до тебя только девушки дотрагивались?
— Рома, я твоя, понимаешь? Перестань рефлексировать, я никуда не денусь.
— А я никуда и не отпущу, — предупредил он.
— Собирайся, поехали, — я обошла его по дуге и отправилась переодеться, нас ждала Алиса.
— Потом в мебельный заедем, — решил Роман, надевая джинсы. Я только глаза закатила.
От Алисы с Каем мы возвращались после заката. Немного покатались по городу, рассматривая пейзажи и слушая музыку. Ту, которая нравилась мне. Ночевать решили у Ромы.
И каково же было наше удивление, когда у порога квартиры мы застали Кнопку. С того дня, как они поссорились, я ее больше не видела. Она сидела на лестнице, облокотившись о стену и дремала, обняв себя руками.
Услышав шаги, вскинулась и посмотрела на нас мутным взглядом.
— Буба, Вика, наконец-то, — нахмурилась она, — я устала ждать.
— Давно сидишь? — недовольно поинтересовался Рома, подавая ей руку. Кнопка, кривясь, поднялась, разминая затекшее от долгого сидения тело.
— Давно. Я торт принесла, — смущаясь, пробормотала она.
— Заходи, — Роман открыл дверь и пропустил нас обеих вперед, забирая у Кнопки упаковку с тортом.
Та, робко улыбаясь, прошла в гостиную, с любопытством оглядываясь.
В глаза бросилась ее походка: странная, неровная, словно девушка пьяна. Ее вело из стороны в сторону и, чтобы удержать равновесие, Кнопка держалась за стены. Алкоголем от нее не пахло, а зрачки не были расширены, значит не под кайфом.
— Уютно у вас стало, — протянула она.
— Спасибо, — вежливо кивнула я.
— Оставь нас, — посмотрев на меня, потребовала Кнопка.
— Полина! — осадил ее Рома, — тон! — та снова сжалась, опустила плечи и чуть было не заплакала!
— Я пойду чайник поставлю, — решила я.
Роман согласно кивнул, жестом показывая Кнопке сесть на диван.
— Буба, я беременна, — услышала я и резко обернулась. Пришла крамольная мысль, что от Ромы и в груди неприятно заныло. Роман тоже выглядел обескураженным. Он вскочил с места и сделал несколько шагов в сторону:
— Бля, заебись! От кого? — Кнопка еще сильнее сжалась и одними губами прошептала:
— Гоша.
