Автор
Его все боятся. Избегают. Недолюбливают. Говорят, что он псих, и мне стоит держаться от него подальше. Советуют при случае обходить его стороной и запрещают встречаться с ним взглядом.Я нарушила все предписания и поплатилась за это собственным сердцем.
Но подруга молчит…
— Тоже считаешь Савицкого психом? — подталкиваю Камиллу к откровенному разговору, но она не спешит отвечать. — Да брось, Мила! Гера мне никто: ни друг, ни родственник. Говори, что думаешь, не бойся!
— Зимой я выезжала в гимназию в то же время, что и Савицкий в универ… — осторожно начинает Мила. — Мы пересекались на выезде из посёлка буквально на мгновение. Но знаешь, Тася, этих секунд хватало, чтобы кожа покрылась мурашками. Такая ледяная красота, как у него, скорее отталкивает, чем завораживает, а ещё невольно внушает страх.
— Он водит сам?
Мила кивает, а с моих губ слетает небрежный смешок:
— Как много я пропустила! В последний раз, когда я видела Савицкого, он сидел на чердаке, а его велосипед в гараже был обезображен ржавчиной.
— С тех пор Гера немного изменился, — пожимает плечами Мила.
— А что они с Аром не поделили?
Подруга хмурится, не сразу соображая, о чём я говорю.
— Ками, почему твоему брату запрещено к нам приходить, когда Савицкий дома?
— А, ты об этом! — выдыхает Мила.
— Даже так?
— Он Савицкого доведёт до белого каления — и в кусты. Ему будто в кайф смотреть на агонию Геры со стороны… Вот Вадим и запретил Ару приближаться к вашему дому.
Меня так и подмывает сказать, что впору в психушку сдавать Турчина, но я вовремя вспоминаю, что Мила его сестра.
"— Мне иногда кажется… — Камилла переходит на шёпот, хотя в дальнем углу гардероба мы совершенно одни. — Только это между нами, ладно? Я думаю, что и с Никой Арик лишь для того, чтобы держать Савицкого на прицеле. Понимаешь?
— Это как-то низко, не находишь? — Мне становится обидно за сестру.
— Так высокий у Ара только рост, — с долей за годы накопившейся обиды произносит Мила, а я даже не думаю спорить.
— Ладно, Тася! — Камилла вертит кудряшками, дабы скинуть с себя неподъёмный груз чужой злобы, а потом хватает меня за руку и тянет к выходу из гимназии. — Всё, что ни делается, к лучшему!
— Что ты задумала? — улыбаюсь, сию секунду позабыв о Савицком.
— Лови момент, Лапина! — закатывает глазки Мила. — Пока Вадим возится с Герой, а твоя мама наводит суету, тебе само́й грех не воспользоваться свободой!
— Хороша свобода! — иронизирую в ответ.
