Все произошло так, как и говорила ведьма: спустя девять месяцев медальон на шее королевы раскалился, в раздувшемся животе вдруг шевельнулась жизнь и спустя полчаса сильных схваток на свет родилась долгожданная принцесса династии Сиаретов. Королевский лекарь, которого все время беременности не подпускали к королеве, рыдавшей, что она боится порчи и сглаза и что четвертого ребенка будет вынашивать в полной тайне и без всяких обследований, трясущимися, зеленоватыми от магии руками провел над малышкой и сообщил, что девочка абсолютно здорова.
Министры ликовали, народ кричал «Гип-гип, ура!», королевская пара тихонько облегченно вздыхала и незаметно пристально вглядывалась в новорожденную дочь. Когда августейшую супружескую пару наконец-то оставили в одиночестве их просторной спальни, королева Амалия осторожно поправила светлые тонкие волосики на лобике малютки, накрыла ее вышитым одеяльцем и тихо напомнила мужу:
— Это наша доченька, не забывай. Поклянись, что ты всё сделаешь для того, чтобы она была счастлива, насколько это возможно в нашей ситуации.
— Клянусь, любимая. Не волнуйся, на любое колдовство всегда найдется противодействие, мы все исправим, если вдруг что-то пойдет не так… У нас сильные маги, они не откажутся помочь безвинному ребенку…
В дверь спальни тихо постучали. Она приоткрылась, в щелку просунулась головка старшего принца:
— Мам, пап, можно мы тоже на сестренку глянем? — тараща светло-карие глазки, громким шепотом спросил наследник престола, семилетний Азар.
Амалия кивнула, и Азар вошел в комнату, ведя за ручки своих братьев: четырехлетнего Расса и годовалого, спотыкающегося на пухлых ножках Итана. Младшие принцы тут же залезли к матери на кровать (мама интересовала их гораздо больше молчаливого свертка в колыбели), а старший всмотрелся в сморщенное красноватое личико новорожденной и глубокомысленно заметил:
— Да-а, не красавица, зато принцесса.
Королева широко улыбнулась и пообещала сыну:
— Она вырастет и станет красавицей.
Азар еще раз с сомнением посмотрел на малышку: крохотное личико ничем не напоминало знакомых ему девочек-ровесниц с симпатичными румяными щечками и длинными косичками. Неужели его подружки тоже когда-то были такими страшненькими и сморщенными?
— Кайл все равно на ней женится, даже если она не станет красавицей, — солидно заверил Азар своих родителей, старательно подражая манерой речи своему взрослому четырнадцатилетнему другу, — мы говорили с ним об этом.
