Автор
«…Сапунцов, хрустнув попавшим под ногу пластмассовым стаканом, направился к машине. Не успел он сделать и трех шагов, Ширинкин выхватил из кармана "Зауер", бесшумно взвел курок и выстрелил в широкую спину, под левую лопатку…»Безрадостную картину увидели участники следственно-оперативной группы во главе с районным прокурором Антоном Бирюковым, приехавшие к месту происшествия после анонимного звонка в милицию…...
Характером Георгия Васильевича поинтересуйся. Выясни, не склонен ли он был к немотивированным скандалам или к драке.
– Все, Петя, сделаю по полной программе. Меня сильно интересует: почему молчит телефон Софии Михайловны?… Не бросила же она свой дворец на произвол судьбы. Наверняка там кто-то живет.
– Я все-таки дозвонился до Царьковой. Ответила домработница. Судя по голосу, молодая и вежливая, но скрытная, как секретарша из фирмы с сомнительной репутацией. Лаконично сказала, что хозяйка вернется из Греции через неделю.
– Ты не напугал ее прокуратурой?
– Нет, не стал попусту представляться. Поручил участковому Кухнину, чтобы понаблюдал за дворцом.
– Может быть, лучше мне повидаться с «секретаршей»?
– Не надо прежде времени поднимать волны.
– Пожалуй, ты прав. Толя Кухнин – опытный участковый, не подведет. – Голубев достал из кармана связку ключей, найденных возле сгоревшей «Тойоты», и показал их Бирюкову. – С этими ключиками, Игнатьич, что делать? Они не от замков Царькова.
– Пока положим их в сейф. Дальше – время покажет, – ответил Антон. – При беседе с Пахомовым учти, что Андриян Петрович не терпит категорических возражений. У него только два мнения: свое и неправильное.
– Учту, Игнатьич, спасибо за подсказку.
– Ну, как говорится, с Богом… Действуй.
Глава VI
Второй раз идти на улицу Кедровую пешком Голубев поленился. Поехал в служебном милицейском УАЗе. Миновавшее зенит майское солнце основательно высушило после вчерашней грозы придорожную мураву, на которой дремали разморенные теплом куры.
"Высокий, в плечах косая сажень, Кухнин смуглостью лица и черными, как смоль, волосами походил на заправского цыгана. Он имел четверых сыновей-погодков, младшему из которых было всего лет девять, и постоянно сетовал, что для прокорма такой оравы приходится держать большое подсобное хозяйство.
