Автор
Наступившая после грозы ясная весенняя ночь зажгла ритмы души жителей этого маленького городка, где каждый мог найти в себе героя или трагедию. По кладбищу протестировались легкие, вдохнув воздух полным горла — как будто утонувший мир отдавал последние глотки свежести перед новой жизнью....
Разве только канделябрами могут побить шулера."
"– На всех мошенников канделябров не хватит, – усмехнулся Лимакин.
– Это, Петя, не наша проблема, – Голубев наморщил лоб. – Лично меня в данный момент беспокоит назойливый вопрос: из какой корысти Царьков назвался Федором Разиным?… Кладбищенский сторож вроде бы не финтил. И о черном джипе, и о Витюшкином красном «Запорожце» с белыми полосками правдиво сказал, а вот насчет Федора Разина какую-то шараду выдал… – Слава обратился к судмедэксперту: – Может, у Царькова сдвиг по фазе во время поминок произошел или что-то другое?…
Медников с прищуром посмотрел на Голубева:
– Ты предпочитаешь писать карандашом или на бумаге?
– Не понял твоего вопроса.
– А свой понимаешь? По трупу, сыщик, невозможно определить, какие мысли одолевали человека накануне смерти.
– Я думал, ты хотя бы предположительно скажешь.
– Предполагать можно, что угодно, но пользы от этого мало.
– Ладно, Боря, замнем для ясности. Сегодня еще раз сгоняю на Кедровую и душевно побеседую с ветераном Пахомовым, который по словам Пешеходовой, знает Царькова лучше, чем она.
– Как зовут этого Пахомова? – заинтересовался Бирюков.
– Андриян Петрович.
– Так это же мой земляк, из Березовки. Когда я учился в школе, он заведовал колхозной зерносушилкой. После выхода на пенсию Андриян переехал жить в райцентр. Интересный старик. В механических делах мастер – золотые руки и в поэзии большой дока. Его стихи публиковались в районной газете. Даже в журнале «Сибирские огни» несколько стишков было напечатано.
– Тяму не хватило? – с серьезным видом спросил Медников.
– Не хватило, Борис. Не тянуло меня в поэтические небеса, считал, что лучше…
– Иметь синицу в руках, чем «утку» под кроватью? – снова ввинтил вопрос судмедэксперт.
– Лучше заниматься тем делом, которое получается, чем витать в несбыточных мечтах, – улыбнувшись, сказал Бирюков и обратился к Голубеву.
– Он не навешает лапши на уши? – спросил Слава.
– Гляди в оба. Петрович – старик умный, наблюдательный, но любит пофилософствовать и покритиковать все на свете.
– Ты, Слава, при встрече с Пахомовым сосредоточься на выяснении друзей Царькова, – сказал следователь. – Возможно, он увяз в долгах. Может, Пахомов знает, у кого и сколько денег брал Царьков.
