Автор
Наступившая после грозы ясная весенняя ночь зажгла ритмы души жителей этого маленького городка, где каждый мог найти в себе героя или трагедию. По кладбищу протестировались легкие, вдохнув воздух полным горла — как будто утонувший мир отдавал последние глотки свежести перед новой жизнью....
"
"– Бредит тот сторожила, как сивая лошадь. Гоша постоянно твердит, что он – талантливый поэт, и никакими кликухами не прикрывается. – Синяков, словно спохватившись, уставился Голубеву в глаза. – Это Гошина «Тойота» у кладбища сгорела, да?
– Его.
– И сам Гоша погорел?
– Самого по обугленным костям опознать трудно, – не стал скрывать Слава.
Розовое чисто выбритое лицо Синякова покривилось в болезненной гримасе. На какое-то время Витя словно потерял дар речи.
– Цирк с конями… – наконец тихо проговорил он и гневно завозмущался: – Бесконтрольная братва распоясалась хуже итальянской мафии! Зря в России «вышку» замораторили.
– Остынь, Витюшка, – спокойно сказал Голубев. – Чего раскипятился, будто сам в замазке?
Гневный запал Синякова тут же погас. Лицо его сделалось скорбным. Витя опустил взгляд на сцепленные в пальцах руки и заговорил вроде как с обидой:
– Не гневи Бога, Вячеслав Дмитрич. После тухлой замазки трехгодичной давности я зарок себе дал, что никогда больше не буду ввязываться в групповухи.
– А с кем у него был «напряг»? – спросил Слава.
– Клянусь, не в курсе. Последние три года я появляюсь в райцентре, когда мамке надо помочь. Прежних связей не поддерживаю, на глаза ментам не лезу и никакой информации о криминальной паутине, естественно, не имею.
– Даже предположительно ничего не можешь сказать?
– Не могу, не знаю.
– Есть деловое предложение… – внезапно сказал Голубев и сделал выжидательную паузу.
– Какое? – не выдержав затяжного молчания, спросил Синяков.
– Прозондируй у братвы, что за душегубы появились в райцентре. Раньше у нас таких не было.
Брови Синякова нахмурились, а взгляд ускользнул в сторону.
– Не обижайтесь, Вячеслав Дмитрич, но в азартную игру под названием «Стукач» я не играю, – сухо проговорил Витя.
– Трусишь?
– Нет, берегу собственную голову.
– Ну, что ж, Витюшка… Как говорят умные люди, на нет и суда нет, – завершил разговор Слава и, пожав Синякову кисть руки, поднялся со скамейки.
Синяков проводил его долгим взглядом. Заметив подъезжающий к остановке автобус, будто испугавшись, вскочил на ноги и торопливо зашагал по направлению к «Автосервису».
