Запах, казалось, был создан для страны курильщиков, которой эти края по-прежнему оставались… хотя на ферме «Катавба» не курили с восьмидесятых.
– Надеюсь, вы объяснили им, как важно держать рот на замке. Если проболтается хоть один, последствия настигнут всех пятерых. Несмотря на ту флешку, которая у вас якобы есть. Не все мои… коллеги… верят в ее существование.
Тим улыбнулся, не разжимая губ.
– Вашим… коллегам… не стоит проверять эту гипотезу.
– Согласен. И все же крайне нежелательно, чтобы дети болтали о своих приключениях в мэнских лесах.
Если вы на связи с мистером Айлзом и мисс Симмс, пожалуйста, доведите мои слова до их сведения. Или, может быть, Уилхолм, Бенсон и Эллис сообщат им это другим способом.
– Вы про телепатию? Вряд ли. Она ослабевает и постепенно возвращается к доинститутскому уровню. То же и с телекинезом. – Тим пересказывал Смиту слова детей, хотя сам не слишком в это верил. Одно он знал точно: жуткий гул больше ни разу не звучал. – Как вам удалось замести следы, Смит? Мне любопытно.
– Боюсь, я не вправе удовлетворить вашу любознательность, – улыбнулся блондин. – Шкажу, что нашего внимания потребовал не только объект в штате Мэн. Было двадцать других Институтов в других частях мира, и ни один больше не функционирует. Два – в странах, где детям послушание внушают с колыбели, – продержались месяца полтора, затем в обоих произошли массовые самоубийства.
Слово прозвучало как «шамоубийшства».
Массовые самоубийства или массовые убийства? Тим не хотел спрашивать.
Чем быстрее он избавится от этого типа, тем лучше.
– Эллис – с вашей помощью и в значительной части благодаря ей – нас погубил. Мелодраматично, но факт.
– Думаете, мне есть до этого дело? – спросил Тим. – Вы убивали детей. Если существует ад, вы в него попадете.
– А вы, мистер Джемисон, безусловно, полагаете, что попадаете в рай, при условии, что он существует. Кто знает, может, вы и правы. Какой бог отвергнет человека, бросившегося на помощь беззащитным детям? Если мне позволено процитировать Христа на кресте, вас простят, поскольку вы не ведали, что творите.
– Он бросил окурок на землю. – Но я вам скажу. Я для этого приехал, с разрешения коллег. Из-за вас и Эллиса мир сейчас на грани самоубийства.
На сей раз слово прозвучало чисто.
Тим молча ждал."
"– Первый Институт, хотя он назывался иначе, создали в фашистской Германии.
– Почему меня это не удивляет? – сказал Тим.
– Не спешите осуждать. Фашисты открыли ядерную реакцию раньше Америки.
