В огромном доме, где каждый уголок новаторски обновлен и экологически чист, ты словно оказалась в сказке. Открывая панорамные двери, непреодолимое исступление приглашает тебя к бассейну на высоте с закрытой зеленью вокруг и яркими фруктами из сада - от смородины до спелых яблок. А по соседству - мир: больница, супермаркет, парк. Здесь вдали от шума царит гармония природы, а рядом стучится человеческий уют....
Даже сейчас, когда ему хочется выпороть её, зверюга внутри покорно складывает перед ней свои лапы и тихо поскуливает.
— Возьми. Это твой подарок в честь нашей свадьбы.
Обхватив серебряную рукоять, вытащила стилет.
— Это тот самый, да? Который ты показывал мне в прошлый раз?
Он кивнул, сворачивая на дорогу, ведущую за город.
— Зачем, Марат? Зачем ты мне его даришь?
— Не забывай, что я пошёл против своего отца ради тебя. Никогда не забывай об этом. А когда захочешь снова меня предать, лучше убей себя этим кинжалом.
— Послушай, — голос её дрогнул. — Мне нужно объяснить всё…
— Это всё уже не важно, Снежана. Всё в прошлом. Всё, что было до этого дня. Теперь ты моя жена и должна быть ею во всех смыслах. Не только потому, что я так хочу. Только так я смогу выбраться из дерьма, в котором погряз по самые уши. Если ты будешь моим тылом, и я не буду ожидать от тебя удара в спину в самый неподходящий момент. Ты должна идти со мной. Либо до конца, либо в светлое будущее.
Она молчала. Стискивала пальцами кинжал и смотрела вперёд, на бегущую под колёсами джипа дорогу."
"— Я решил отойти от дел. Из-за этого начались некоторые проблемы. Но ты должна мне верить. Должна быть рядом. Я подохну, но никому не дам в обиду ни тебя, ни детей. И напрасно ты спрятала от меня парня. Если захочу причинить тебе боль, сделаю это без участия детей.
— Мы оба были не правы. И я признаю, что совершила глупость… Но я так боялась… — глаза её заблестели, и зверь заскулил от боли.
— И что, без меня страх исчез?
— Нет.
— Так какой был смысл убегать? Неужели ты думала, что я забуду о своём ребёнке? О тебе? Правда, на это надеялась?
Она замолчала, склонила голову, и прозрачная капля упала на стилет.
— Ты моя женщина, Снежана. Моя жена. Мать моего сына. Ты моя до тех пор, пока существует мир. И по-другому уже не будет.
Она взяла его за руку. Без лишних слов. Просто накрыла его большую ладонь своей маленькой и сжала. И снова алчный до крови зверь превратился в послушного домашнего питомца.
— Сейчас едем в дом, который я тебе купил. Мальца привезут мои парни. Почему ты не сказала, что Эльвира его родственница?
— Я сама только недавно узнала. А твои люди… Они следят за ними?
— Разумеется.
— Тогда пусть Виталик останется с ней до завтра. Она скучала по нему. И мне нужно прийти в себя. Сил не осталось совершенно.
Хаджиев сжал её пальцы, переплёл со своими.
— Ты должна быть сильной, Белоснежка.
