Если бы не авария… Неужели он всё-таки?..
Отец моего ребёнка способен на такое?
Становится совсем тошно. Вся моя жизнь, всё будущее, что я представляла, окончательно исчезло в этой машине. По дороге домой. Как бы мне ни было больно и плохо, нужно перетерпеть. Сделать вид, что поверила. А затем… пойти в полицию.
Не знаю, что ещё может оставаться. Они ведь должны расследовать то, что Катю сбили. Я расскажу всё, что знаю. Связь очевидная.
Вот только… у Мирона есть деньги. Что если он уже подкупил нужных людей? Я не знаю, как это работает.
Но от мысли, что, возможно, я никак не могу повлиять на события, суть которых даже не понимаю, пугает.
И это сказывается на физическом самочувствии…
— Мирон?
— Да, любимая?
— Останови. Меня мутит. Пожалуйста…
Он окидывает меня цепким взглядом.
— Здесь не могу. Тошнит прямо?
Чувствую, как рвота подкатывает к горлу… ужасно. Он всё-таки верно оценивает моё состояние и подаёт… чехол от ноутбука. Я бросаю смазанный взгляд за стекло. Тут правда нельзя останавливаться.
А терпеть я не могу. Совсем.
Приходится высвобождать желудок прямо при нём. Прямо так. Это в принципе не слишком радовало бы меня раньше, но сейчас — особенно.
Ведь я не хочу, чтобы он узнал о ребёнке.
Но, видимо, вновь совсем неважно, что я думаю, что планирую, чего хочу. Всё это — лишь фантазии. Муж быстро складывает два и два.
— Тебе было плохо тогда, когда ты раньше вернулась с работы.
Когда он ругался с «сестрёнкой», да.
— Ты отказывалась всё это время от привычных продуктов.
И теперь тебя снова тошнит. Стеша… ты беременна?
Сердце начинает бешено колотиться в груди. Не знаю, куда себя деть. Мне дурно, больно, страшно. Но нужно успокоиться. Ради ребёнка. Выдыхаю:
— Нет.
— Ты проверяла?
— Д-да…
Он качает головой и усмехается.
— Зачем скрывать от меня такое. Моя девочка, ты думала, что я разозлюсь? Да, это неожиданно, но я на самом деле рад.
И вновь ложь. Как же у него это так получается? Светиться даже начинает… Я отворачиваюсь, пока меня снова не затошнило.
— Ты думаешь, — выпаливаю, — всё будет как раньше? Что я прощу тебя?
Я понимаю, что ни в коем случае нельзя выдавать все свои мысли. Поэтому открываю лишь часть. Те, что касаются его измены. Если заговорю про аварию или что-то такое, мне кажется, он может убить меня…
Жутко думать так о том, кого любишь.
Я не знала, что так бывает.
— Я виноват перед тобой. И я знаю, что это тяжело. Я сделал тебе больно.
